Моя до конца (СИ)

Они кивают друг другу практически одновременно и теперь, кажется, атмосфера ощутимо меняется. Макар здоровается с мамой, которой передает торт, вино и букет цветов. Кристина Туманова — настоящая женщина, открыто улыбается, демонстрируя, насколько ей приятно внимание, а потом, ее взгляд внезапно становится цепким. Всего на секунду, но именно это мгновение — предупреждение, на которое Макар отвечает:

— Поверьте, я был слишком молод, чтобы сберечь свое открытие, но сейчас к этому готов.

И все. Больше ничего.

Никаких недовольных переглядываний, слов, уколов или упреков. За что люблю свою семью, так это за прямолинейность. Все сразу всё решили и продолжили наслаждаться вечером. Не только за это я их люблю, конечно, но в теперешней обстановке подобное особенно остро чувствуется.

Влад приезжает через четверть часа после того, как мы садимся за стол. И как его терпят в высоком обществе? Разве там позволительно опаздывать? Или это он только с нами себе позволяет? Однако, я слишком давно не видела брата, чтобы прямо с порога забрасывать его претензиями.

И снова объятия, приветствия и радость встречи.

— Не сожрали тебя тут? — спрашивает Туманов, похлопывая Макара по плечу.

— Как мог отбивался, — отшучивается тот.

— О, я помогу!

— Ты давай лучше руки иди мой, помощник! Ты посмотри на него, поможет он! Это там ты неземной, а тут я тебя приземлю быстро, — бурчит отец, поднимая всеобщий хохот."

"На самом деле, в закрытом пространстве и с гипсом мой папа стал настоящим стариком! Кроме шуток, он частенько бубнит и грозит всем расправой, пусть и ремнем.

А нас и в детстве и пальцем не трогали.

Но Владик приподнимает руки и сделав покаянную моську идет, куда послали. Когда возвращается сует их отцу, будто на проверку и мы снова сотрясаемся от смеха.

Влад рассказывает, что за это время проколесил пол мира. Всего на несколько дней задерживаясь в каждой из стран. Когда Макар с Владом отходят, я цепляюсь следом, потому что тоже было любопытно и не зря: рассказ стал откровеннее:

— Пробовал разный кофе, блюда, женщин.

Больше всего понравился Рим, потому что там горячие девушки, — Ага, так и сказал, выпуская белый дым, — жгучие брюнетки со смуглой кожей — просто вау! — и заметив мой осуждающий взгляд, с насмешкой говорит, — Эй, это мои впечатления! Я свободен, как ветер… Кхм, неудачное сравнение.

— Ветер занят, — ухмыляется в ответ Макар, — теперь у нас Туман на выданье.

— О нет, я вечный холостяк.