Моя бывшая жена

Я в принципе тот еще романтик, а сейчас вообще одна бытовуха. Даже дорогущие украшения у меня как за здрасьте. Не умею я красиво обставлять. Вот попробовал в первый раз за много лет и нихрена не вышло. С женой до номера не дошел.

С другой зато дошел…

Внутренний голос не хотел забывать. Но не ясно как к этому относилось подсознание. Не ясно. Ладно выпишут моих и подарю Машке часики: «Картье», белое золото и бриллианты, ей подойдет. Моей жене шло все самое лучшее.

– У нас тоже после рождения дочки времени друг на друга в обрез.

Я разлил виски на два пальца, осмотрел блюдо с колбасами – аппетитно. Бастурма, прошутто, сыровяленое мясо, бекончик. А вот Маша всегда добавляла еще крекеры, крупные оливки и сочные черри на ветке. Я подхватил вилкой колбаску, выпить уже хотел, но у меня зазвонил телефон. Машка.

– Все нормально? – спросил вместо приветствия. Мало ли…

– Все хорошо. Паша уснул, – мягко сказала. – Я хотела спросить про вещи.

– Черт, Маш, я забыл. К Илюхе поехал, сегодня годик Мире, помнишь?

– О-оо… Понятно.

Ничего ей не понятно! Таким голосом сказала, словно я тусить в сауну с бабами поехал!

– Маш, не начинай, лады? – я прошел через беседку с гостями и спрятался в низине под ивой. – Завтра передам.

– Окей, отдыхай, – и отключилась, сучка! Нет, так не пойдет! – Что за показательное сбрасывание? Меня к вам не пустят все равно.

– Я сказала, все нормально. – Конечно, сказала. А каким тоном, блядь! Просто песня!

– То есть нужно, чтобы я дома сидел и страдал, да? Тогда ты удовлетворена будешь?

– Причем тут это! Причем тут деньги. Иногда поддержка важнее. Обычная, человеческая, нематериальная. Ладно, отдыхай. Привет Озерским, – и отключилась.

Черт! Как ей это удается?! В хлам разъебала парой фраз! Она, значит, мать-героиня, а я сволочь равнодушная!

– Кирилл, – услышал приглушенное сзади, – все за столом.

Я мельком бросил взгляд на Марину и сжал телефон до хруста. Пропал у меня аппетит.

– Все нормально? – подошла ближе и плеча моего коснулась. Нежно так.

Так муторно стало. Не от ее прикосновений, от жизни своей. Легкости охота. Которая раньше была. Хотя бы иногда и совсем немного.

– Нихрена не нормально, – ответил хрипло.