Леди второго сорта

Хорош. Очень хорош. Белый шейный платок подчеркивал смуглую кожу, тонкие кожаные перчатки плотно облегали крупные руки, а длинное горчичного цвета пальто и блестящие коричневые туфли придавали гостю щегольской вид.

— Темного, — кивнул незнакомец Давенпорту, и перевел взгляд на меня.

В желтой глубине мелькнул огонек. Мелькнул, и тут же погас, но я успела понять, что передо мной настоящий хищник. Нет, он умело скрывал это под идеально сидящей одеждой и налетом франтовства, но цепкие глаза и жесткие складки вокруг губ не оставляли иллюзий.

«О боже, какой мужчина! — вспомнился навязчивый хит из прошлого, и я машинально «допела»: — Я хочу от него сына». Вот же бред какой!"

"Сообразив, что откровенно пялюсь на незнакомца, отвела взгляд и уставилась на безвольные, непривычно белые руки, лежащие на коленях. Похоже, они никогда не знали работы, вон какие пальчики нежные. Я старалась думать о чем угодно, только не о яркой, почти животной мужской харизме, которая исходила от гостя. Если бы это было так легко! Казалось, мачо заполнил собой все пространство комнаты, и я почувствовала, как тяжело стало дышать и как гулко забилось сердце.

Оно все убыстряло свой бег, а внутри возникло никогда прежде не испытанное предвкушение горячего безудержного секса. Вот уж неожиданность. Даже не представляла, что умею так чувствовать. Славик в постели звезд с неба не хватал, хоть и старался. А этому даже делать ничего не нужно. Посмотрел — и все женщины в комнате, включая экономку, расплылись в блаженных улыбках, и готовы для него на все. Что это, какая-то магия?

— Леди Бернстоф, — коротко поклонился незнакомец, а у меня снова перехватило дыхание от того, каким горячим и сильным ощущалось его присутствие.

Если Давенпорт казался холодной ледышкой, способной заморозить все вокруг, то желтоглазый гость напоминал огонь, который мог как согреть, так и сжечь дотла.

Я только молча кивнула, не зная, как в этом обществе принято приветствовать незнакомцев, но тот уже забыл обо мне, и обратился к Давенпорту.

— Рэн, поехали, ты должен сам это увидеть, — сверкая глазами, сказал он. — Вернсдорф поет, как соловей, торопится сдать своих подельников. Я уверен, в этот раз мы на верном пути.

— Лукас, не здесь, — предупреждающе посмотрел на гостя Давенпорт, и его лицо стало еще более замкнутым и холодным, но на короткий миг мне показалось, что это всего лишь маска, за которой скрывается совсем другой облик. — Изабелла, — опекун повернулся ко мне.