Мастер эфира

Телбор, королевство Лассария, Энсор

Король Лассарии, Ирихор четвёртый, принимал гостей сидя на «малом» троне, предназначенном вот для таких, не особенно помпезных мероприятий. Малый трон стоял на подиуме в самом конце «Зеркального» зала, откуда во всех подробностях было видно мелькание празднично одетых гостей. Бал Невест, традиционное мероприятие для девушек и юношей только начинающих самостоятельную светскую жизнь. Заодно родители выстраивали новые и упрочняли старые связи, и вообще решали свои взрослые проблемы.

Собственно для молодых людей, одетых в тесные и неудобные одежды бал не был никаким праздником, а тяжким испытанием, и единственное о чём они думали, так это «когда же этот кошмар закончится»."

"Дворец, построенный с королевским размахом, мог вместить и больше гостей, но число приглашенных держали в пределах двух тысяч. И это, не считая полутора тысяч слуг, где-то с тысячу гвардейцев и солдат охраны, и прочих. Но королю, жившему уже более двухсот лет, всё это было очень давно неинтересно.

Одни и те же лица, ужимки, речи и ситуации. Кто-то напьётся дармового вина, и начнёт буянить, кто-то будет схвачен на попытке утащить столовый прибор, а какая-нибудь дурочка решить быть оригинальной и попросит распорядителя чтобы её на танец пригласил сам король. Впрочем, иногда девицы бывают чрезвычайно хорошенькими, и настолько старательны, что скрашивают от недели до полугода королевское одиночество.

Даже заговоры однотипны и не вызывали ничего кроме зевоты.

Хотя последняя операция Калимских банкиров, призванная поставить под контроль рынок золота в Лассарии, была чем-то новеньким. И цех фальшивых монет тоже ещё не встречался. А уж вмешательство мальчишки, какого-то мутного графа из Бириольских беглецов, вообще что-то странное. – Ирихор нашёл взглядом молодого человека, которого ему показал Румол. Высокий, широкоплечий, как цирковой атлет, лицо правда чуть слащавое, но глазки умненькие, и держится с достоинством. А ещё какая-то неуловимая аура, не позволяющая смотреть на него с насмешкой. Словно смотришь на смерть. Смотришь на юного красавчика, с длинными волосами, а видишь законченного душегуба. И вот от этого диссонанса, мужчины нервничают, женщины тоже, но проявляют неподдельный интерес к возможному сближению, а сам Роков-Толго, с невозмутимым лицом бродит по залу. Архивариусы вроде нашли такой род «Толго», но это было ещё до распада империи.