Мертвый сезон в раю

"

"— Вы меня прекрасно слышали, — с каким-то мазохистским наслаждением продолжил он, забивая последний гвоздь в гроб своего будущего. И с каждым произнесенным им словом лицо Викандера каменело все больше. — Вы знаете, что я спал с вашей дочерью, я знаю, что спал с вашей дочерью. Все в этом чертовом городке уже знают, что я спал с вашей дочерью. Прим далеко, и до столицы слухи, может, и не доползут. Но вы-то знаете Эль, и упрямства ей не занимать. А если она вдруг решит продолжить со мной отношения, то как тогда это будет выглядеть? Аристократка и — кто? Какой-то безродный инвалид? Другое дело — уважаемый педагог самой престижной академии в королевстве.

На ней притихший во время его монолога Викандер и задержал взгляд.

— Не делаю, — пробормотал задумчиво. — Ты уже идиот…

— Зато не дорогая постельная грелка! — Темный маг резко вскинул голову и прожег его воистину убийственным взглядом, но Грег таки закончил свою мысль: — Вы дочь-то спросили, нужен ли ей такой «подарок»? Вы ее на что обрекаете своей щедростью?

Глаза Викандера превратились в щелки.

— Я тебя понял, — сухо произнес он и стремительно поднялся. — Не провожай.

Ну, вот и отлично. Пусть проваливает. Вместе со своими «заманчивыми» предложениями.

Несмотря на брошенное ему «Не провожай», Грегори тоже встал.

Лучше бы действительно набил ему морду за то, что обесчестил его дочь, чем унижал ее попыткой делать ей такие «подарки»…

И словно прочитав его мысли, Викандер вдруг остановился. Развернулся и, сократив между ними расстояние буквально в доли секунды, без замаха впечатал кулак ему в лицо.

Удар вышел что надо. Грегори даже пошатнулся. На столешницу брызнула кровь.

А взамен кулаку пришел указательный палец, упершийся ему прямо в грудь.

— Это за то, что спал с моей дочерью, — припечатал Викандер и, развернувшись, на сей раз действительно направился к двери.

И отлично: каждый из них сказал и сделал то, что хотел с самого начала.

Однако темный маг все же остановился уже у порога, обернулся через плечо.

— Когда я узнал о ваших отношениях, то думал отказаться от своей идеи. Но Эль не вещь и вправе выбирать сама.