Мертвый сезон в раю

— Еще желательнее — неподкупный, горящий идеей и действительно готовый работать на благо королевства, а не на свой карман или самолюбие.

Грегори продолжал смотреть на него в ответ и молчать.

Черт возьми, это вдруг показалось таким реальным.

Чтобы учить студентов, необязательно владеть магией. Достаточно знать, как ей пользоваться. Коснулся плеча ученика — и пожалуйста, все векторы силы как на ладони. Он не сможет исцелить сам, но у него будет возможность обучить этому других. Тех, кто потом будет спасать, а не калечить, дарить жизнь, а не отбирать из-за неумения или халатности.

Он никогда не думал о подобной перспективе хотя бы потому, что получить должность в таком месте, как академия, без протекции свыше было попросту невозможно.

И плевать, что учить одаренных, самому не обладая даром, будет непросто. Плевать, что придется приложить титанические усилия, чтобы заставить себя уважать и доказать, что и без магии можно остаться целителем. Плевать, что обойтись без нападок друзей мастера Джонаса не удастся.

Это было будущим. Его счастливым, полноценным будущим, где он смог бы реализовать все свои амбиции и мечты и действительно, по-настоящему спасать людей, пусть и не напрямую.

— Я так понимаю, ты согласен, — заключил Викандер, внимательно наблюдая за его реакцией.

Согласен ли он? Да это шанс, который дается раз в жизни и то одному на миллион!

Но ведь и Бирн давал редкий шанс и сулил прекрасное будущее...

Эта внезапная мысль отрезвила, как если бы ему на голову опрокинули ушат холодной воды.

Лежащая на столе рука сжалась в кулак, а сам Грег даже отшатнулся, влипнув лопатками в спинку стула.

— Нет, — сорвалось с его губ. Брови Викандера удивленно взметнулись вверх, и Грегори повторил тверже: — Нет. Ни за что.

А он еще называл Эль наивной. А сам-то? Чуть не купился на разговоры о благе королевства, как наивный мальчишка!

Черный маг прищурился, склонив голову к плечу, однако по-прежнему великолепно владея собой.

— Позволишь узнать почему?

А Грег вдруг понял, что терять ему больше нечего.

— Вы дорого собираетесь заплатить за игрушку для дочери, — отчеканил он, глядя своему несостоявшемуся покупателю прямо в глаза. — Но я не продаюсь.

И, похоже, этой прямотой ему удалось удивить даже, казалось, непробиваемого Викандера.

— Что, прости? — переспросил тот, словно ослышался.

Грег дернул плечом, и не думая идти на попятный — слишком поздно.