Мертвый сезон в раю

Можно подумать, ей удастся уснуть после такой «веселой прогулки». Да она просто сгорит заживо без всяких молний, если сейчас останется в комнате одна — никакой холодный душ не потушит.

А еще Эль не видела никаких объективных причин, чтобы останавливаться. Совсем никаких, ни единой.

Не прерывая поцелуя, Элинор потянулась и нажала на ручку; дверь глухо скрипнула и поползла внутрь, медленно открываясь.

— Доставку только до двери не заказывали, — прошептала она, на мгновение оторвавшись от его губ.

В полумраке, царящем в конце коридора, глаза Грегори казались темнее обычного, и, казалось, понимание того, что она имела в виду под этими словами, появилось в них не сразу.

Припухшие от поцелуев губы, горящий взгляд, тяжелое дыхание и руки, все еще находящиеся на ее спине, причем как-то сами собой пробравшиеся под рубашку — кожей к коже.

Они так и замерли у приоткрытой двери. Не разрывая объятий. Глаза в глаза.

Она видела, как он пытается мыслить трезво, и ей ужасно льстило, что получается это у него из рук вон плохо.

Привстав на носочки, она обняла его крепче и прошептала на ухо:

— Я хочу, чтобы ты зашел.

Вот так, прямо, без возможности расценить ее приглашение «в гости» как-то двояко. Ночью уж точно не зовут в личную комнату на чай или кофе. Тем более после подобной прелюдии. Тем более у нее даже нет в комнате чайника… Он же не дурак, в самом-то деле?

Дураком Тэйт не был.

— Эль, я знаю, что у тебя еще никого не было, и… — его голос прозвучал хрипло.

И Элинор сперва удивленно моргнула, а потом поняла, что снова забыла: он все-таки белый маг, хоть и почти бывший. Чертова девственность, вокруг которой только и разговоров все последние дни.

Она качнула головой, не дав ему договорить. Потом поймала его взгляд и твердо посмотрела в ответ.

— Теперь будет, — сказала уверенно.

Эль действительно не сомневалась. Целомудрие до брака давно не считалось обязательным даже в среде высших аристократов. Не болтай о своей личной жизни во всеуслышание, и будет тебе счастье — вот политика современности. А болтать Элинор уж точно не собиралась.

Она не ждала от него романтики, признаний в любви или каких-то обещаний на будущее. Эль помнила, что скоро уедет и, вероятно, они даже никогда больше не встретятся.