Мельничиха из Тихого Омута

"

"В список необходимых покупок были внесены весы и кожаные перчатки. Мездровый клей я растворила в ведре, и хотя он был не самого лучшего качества, решила использовать именно его, потому что переводить муку на клейстер я не решилась (это кощунство -тратить продукты), а варить рыбий клей казалось мне делом сложным и муторным. К тому же, второго старого котла, для варки клея, на мельнице не нашлось, а брать для этих целей котёл, в котором мы варили супы и похлёбки было точно неразумно.

А ведь надо было ещё организовать место для сушки бумаги, обзавестись прессом и приготовить специальные формы.

Вытащив все запасы извести, хранившиеся на мельнице (о да, опять пришлось выслушать многое от мамаши Жо), я разделила известь на порции и бухнула в котел с тряпками и водой около килограмма.

Переждав, пока из котла минут пять валил столб белого дыма (пришлось успокаивать прибывших на помол зерна клиентов, что это - не пожар), я подбавила огоньку и перемешала варево черенком метлы, хихикнув про себя, что сейчас я похожа на самую заправскую ведьму - посмотрел бы судья.

Далее следовало беспрерывно варить тряпичную массу часов десять-двенадцать, а поэтому можно было проверять котёл периодически, и уделить время другим домашним делам.

При помощи Жонкелии я тщательно выстирала покупное белье и села мастерить простыни и наволочки, мечтая, как наконец-то застелю постели нормальным бельем. Жонкелия же подсказала, сколько требуется купить ткани, чтобы сшить на зиму теплые юбки, стеганые кофты, сколько купить шерстяных ниток, чтобы связать к холодам носки и чулки.

Тут очень нужен был судья, но к вечеру он снова не появился, а перед самым закатом к нам прикатил крестьянин с очередной порцией зерна и новостью - господин Римсби утонул вчера под вечер, похороны назначены на субботу.

- То есть как это - утонул? - спросила я резко, позабыв о варившихся тряпках, хотя как раз собиралась отправиться на задний двор, помешать в котле. - Где это он утонул?

- Да совсем недалеко от вас, - крестьянин махнул рукой в ту сторону, откуда совсем недавно судья вывозил труп Шолдона.