Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

Отличный прием, всегда срабатывает. Почти как с трехлеткой иметь дело.

— Что случилось? — спросила я у старосты, когда за Мирой захлопнулась дверь.

— Э-элис, — заюлил он, — как ты сегодня хорошо в-выглядишь!

Тоже мне новость.

— Спасибо.

— Д-дела-то в магазине, я смотрю, не очень идут? Т-тяжеловато тебе одной-то?

Так. Так-так. Утро перестает, как говорится, быть томным.

— Я справляюсь, спасибо. К тому же, я не одна.

— Н-не одна? — глаза у старосты округлились. — А! Т-ты про эту ведьму! Д-да разве ж она считается!

Плохо дело.

— Как есть, — осторожно откликнулась я. Лезть на рожон — дело нехитрое, это всегда успеется. — Вы уж простите, что я вас не приглашаю в дом, не прибрано. Но можем на площади чаи погонять, поговорим спокойно.

— Да какие чаи! Н-некогда мне, некогда! Сплошь все в делах! Э-элис, т-тут такое дело…

— Какое?

Глазки старосты забегали, и я подобралась. Все плохо или очень плохо?

— Так… опростоволосился я! Т-такое у меня под носом т-творится — а я и не в курсе! Нарушение!

Очень плохо.

— Нарушение? Какое именно? И как же мы можем его исправить?

— Т-так прямое! Женских прав! Н-не может баба, в смысле, ж-женщина, сама делом заведовать! Н-нужен мужчина. С-совладелец, значит.

Твою мать! Неужели в этом мире женщина не может сама рулить бизнесом — и это закреплено законодательно?.. Признаться, такое мне и в голову не пришло — я надеялась, что этот вопрос, как и все остальные, были решены, когда я пришла на поклон к старосте и предложила ему кругленькую сумму.

Но, выходит, что-то изменилось.

Твою мать.

— Староста Ансель, я думала, вы берете на себя гору всего и очень мне помогаете, — намекнула я на наш договор, лихорадочно соображая, что происходит и как из этого выпутаться.

— Т-так…

Внезапно за деревьями раздался низкий смех, от которого по спине пробежали мурашки.

Посмотрев в ту сторону, я успела заметить, как с лица старосты сходят все краски. Он… боится? Да, определенно, боится того, кто стоит поодаль.

— Ох, малышка Элис, что за ерунду ты несешь! — проговорил невидимый мужчина.