Ловец снов

И это было хуже всего: оно пыталось думать.

Они медленно крались к двери, очевидно, ожидая подходящего момента, чтобы рвануть отсюда со всех ног. Но вместо этого вдруг замерли.

– Мистер, вы можете помочь нам? – дрожащим детским голоском спросила Марша. Даррен, ее муж, обнял жену.

– Не знаю, – признался Генри. – Вероятно, нет, но… все может быть… А сейчас идите. Я уберусь отсюда через полчаса. Может, меньше, но вам лучше побыть в коровнике с остальными.

– Почему? – спросил Даррен Чайлз, мистер Убойный Косячок из Ньютона.

И Генри, у которого возник призрак идеи (ничего похожего на план), честно ответил:

– Понятия не имею. Просто чувствую.

Они вышли, оставив сарай во владение Генри.

6

Под окном, выходившим на изгородь, лежала связка полусгнившего сена, на которой сидел Даррен, когда вошел Генри (как владелец косячка он мог рассчитывать на самое удобное место), и теперь Генри пристроился на вязанке, безвольно бросив руки на колени. Ему ужасно хотелось спать, несмотря на хор голосов, гудевших в голове, и на сильный зуд в левой ноге (грибок появился и во рту, на месте выпавшего зуба).

Он почувствовал появление Андерхилла еще до того, как Андерхилл подошел к окну и заговорил.

– Я с подветренной стороны и в тени здания, – сказал Андерхилл. – Я курю. Если кто-то подойдет, тебя здесь нет.

– О’кей.

– Попробуй соврать, и я тут же уйду, и больше ты за всю свою короткую жизнь не скажешь мне ни слова… вслух или как-то иначе.

– О’кей.

– Как ты избавился от здешних обитателей?

– Какое тебе дело? – Минуту назад Генри был готов поклясться, что слишком устал, чтобы злиться.

– Не валяй дурака.

– Я сказал, что у меня Рипли первичный, то есть чистую правду. Они немедленно смылись, – сказал Генри и, помедлив, добавил: – Ты тоже заразился, верно?

– Почему ты так считаешь?

Голос Андерхилла вроде бы не изменился: все такой же спокойный, ровный, и все же Генри как психиатр сумел распознать все признаки. Каким бы ни был Андерхилл, приходилось признать, что он человек невероятно трезвый и рассудительный.

– Красные полоски на заусенцах, верно? И немного в одном ухе.

– Тебе бы сейчас в Лас-Вегас, приятель. Конец бы всем казино… – Генри увидел тлеющий глазок сигареты, поднесенной к губам Андерхилла. Как бы ветер ее не задул.