Ловец снов

Не находите это достаточно логичной концепцией, Оуэн?

– Да.

Курц кивнул, не глядя, весь поглощенный уборкой.

– Куда более логична в теории, чем на практике, вы со мной согласны?

Оуэн рассмеялся. Старик еще не растерял способности удивлять. «Никогда не откроет карты» – говорят иногда о людях себе на уме. Но это еще не все. У Курца всегда припасено в рукаве несколько лишних тузов. И двоек тоже, а всем известно, что двойка – карта коварная.

– Садитесь, Оуэн. Пейте кофе сидя, как всякий нормальный человек, и не обращайте на меня внимания.

Мне нужно доделать это.

Оуэн устроился на стуле и допил кофе. Минут через пять Курц с трудом поднялся, брезгливо ухватил косынку за самый кончик, отнес на кухню и, бросив в мусорное ведро, снова вернулся к качалке. Глотнул кофе, поморщился и отставил кружку.

– Остыл.

Оуэн поднялся:

– Сейчас принесу новый…

– Нет. Садитесь. Нам нужно поговорить.

Оуэн сел.

– Мы немного повздорили, там, у корабля, не так ли…

– Я не сказал бы…

– Знаю, что не сказали бы, но оба мы понимаем, что произошло.

Мало ли что случается в горячке. Каждый может закусить удила. Но теперь нужно обо всем забыть. Придется. Потому что я командир, а вы мой заместитель, и впереди еще немало работы. Сумеем мы объединить свои усилия?

– Да, сэр. – Черт, опять! – То есть босс.

Курц удостоил его ледяной улыбкой.

– К сожалению, я потерял над собой контроль. – Очаровательный, откровенный, искренний и открытый. Столько лет дурачил Оуэна. Но больше ему этого не удастся.

 – Я собирался произнести речь в обычном образе – знаете, две части Паттона, одна часть Распутина, добавить воды, смешать и подать – и вдруг… фью! Сам не знаю, что это со мной стряслось. Подумали, что я спятил, а?

Осторожно, осторожно. Не забывать о телепатии, настоящей, не киношной телепатии, а Оуэн понятия не имел, насколько глубоко Курц способен проникнуть в его мысли.

– Да, сэр. Немного, сэр.

Курц деловито кивнул.

– Да. Немного. Весьма точное определение.

Я уже давно такой: люди вроде меня необходимы, но крайне редки, найти их не просто, и нужно быть немного не в себе, чтобы выполнять подобные задания с честью, а не спустя рукава. Это тонкая грань, знаменитая тонкая грань, о которой так любят толковать кабинетные психологи, а ведь в мире еще не бывало такой грандиозной чистки… если, разумеется, предположить, что история о Геракле и Авгиевых конюшнях – всего лишь миф. Я прошу не сочувствия, а понимания.