Лягушка Баскервилей

Обрадованный Пыня убежал, а мы с Оксанкой подхватили Калужного и потащили домой.

На следующий день Ксюша прибежала ко мне после занятий, упала на диван и, корчась от смеха, рассказала дивную историю. Оказывается, не успели мы утащить Сеню, как Пыня вернулся домой и начал рыскать по квартире с воплями:

– Где прячется этот сучоныш?

В конце концов хозяин успокоился и на вопрос одного из медиков: «А зачем тебе Сенька?» – обиженно ответил:

– Во, глянь, чего он накалякал!

Будущий врач взял рецепт и начал сползать по стене.

Неровным почерком на бланке стояло: «Аптека, пожалуйста, дайте Пыне яду». Представляете реакцию провизора, узревшего оригинальную просьбу? Еще странно, что Пыне удалось убежать, по прошлым годам подобные шуточки заканчивались плохо.

– Сеня! – подпрыгнула я. – Привет!

– Ну вот, теперь ты меня вспомнила, – усмехнулся Калужный.

Некоторое время мы перебирали общих знакомых, потом я .спросила:

– Можно узнать, кого ты оперировал двадцать девятого января этого года?

– Легко, – кивнул Калужный.

Он подошел к столу, ткнул пальцем в кнопку и сказал:

– Дина, январь месяц, двадцать девятое. Кто у меня был?

– Сейчас, Семен Михайлович! – отозвался женский голос, и через минуту секретарша продиктовала: – Королькова Валентина, исход летальный, не на столе, на седьмые сутки в реанимации.

– Мм, – помрачнел Калужный, – ясно.

– Королькова Валентина… – повторила я. – Знакомая фамилия. Женщина умерла?

Семен кивнул:

– Да, в принципе иного и не ждал, шансов не было почти никаких.

Знаешь, у медиков есть понятие – «операция отчаяния». Это когда понимаешь, что человека не спасти. Но все равно берешься.

– Зачем мучить человека? Пусть уходит спокойно!

Сеня взял очки и водрузил их на нос.

– Всегда остается шанс. Любой хирург расскажет тебе массу случаев, когда абсолютно безнадежные люди выздоравливали, буквально уже лежа в гробу. И наоборот, вроде ерундовый случай может закончиться летальным исходом. Есть многое на свете, друг Горацио, что неизвестно нашим мудрецам…

– Случай с Корольковой был не ерундовый?"

"– Нет, – помотал головой Сеня.

 – Совсем плохой случай был, опухоль нехорошая, но крохотный шанс имелся, хотя от Валентины отказались все. А я рискнул и проиграл. Очень гадко себя потом ощущал.

– Думала, врачи привыкают к смерти. Сеня снял очки.

– Нет, неправда. Мне не попадались на пути такие. Да, многие напускают безразличие, делают вид, что все им нипочем.