Красные туманы Полесья

Командир группы открыл вход.

Капитан с радиостанцией спустился по лестнице, поставил ее на стол.

Шелестов взялся за дело. Он вставил гарнитуру, приказал Сосновскому вынести наверх лучевую антенну, проверил настройку, получил сигнал соединения и начал стучать ключом.

В Москву ушла шифрограмма с сообщением о выполнении задания.

Прошло больше получаса. В 9.40 Шелестов записал текст ответа, быстро расшифровал его, тут же бросил бумажку в пепельницу, сжег ее и проговорил:

— Работа в Минске признана выполненной.

Буторин хмыкнул и проговорил:

— Да уж, товарищ Берия может просить, настаивать, требовать. Но все это означает только одно: приказ, который должен быть выполнен любой ценой. Ничего нового.

Тут в бункер спустился командир отряда, подъехавший на «эмке».

— Не могу понять, как вам удается на легковых машинах перемещаться по лесу, где, как мне кажется, и танк застрянет.

— С ним пришлось поработать, но сейчас можно ехать хоть в Москву, — ответил Горбань.

— Да мы бы с удовольствием туда отправились, но нам надо в Горош.

Горбань взглянул на Шелестова и осведомился:

— Сеанс связи вы уже провели?

— Так точно! Работа в Минске признана выполненной, задание по акции возмездия в Гороше подтверждено.

Командир отряда присел на табурет и проговорил:

— Мне стало известно, что перед сожжением людей в Лозе полицаи с командиром роты эсэсовцев вывезли оттуда семью евреев. Сейчас нам удалось уточнить, что стало с этими людьми в Гороше.

— Кто уточнил? — спросил Шелестов.

Командир отряда улыбнулся и ответил:

— У вас, майор, свои секреты, у меня свои.

— Я имею на них право, а вот вы, Федор Моисеевич, нет. Это вам хорошо известно.

— Хорошо. Уточнил человек, связанный с отрядом.

— Откуда Матвеев узнал о еврейской семье?

— Вы, майор, прямо как следователь на допросе.

— А вы были у следователя на допросе?

— Нет, но…

— Тогда не говорите об этом.

— А вы что, были?

— Представьте себе, был, причем не раз, но это к нашему делу никакого отношения не имеет.