Король игры

Я мысленно пообещал, как только все это закончится, взяться за Тигра. Заставить его слушать рекомендации врачей. Не знал, что все так серьезно. — Ладно, давай о твоем деле поговорим. Ты же не просто так ко мне в гости приехал, — посмотрел он на меня.

— Не просто так, Юрий Петрович. Я хочу знать, кто стрелял в Милену? Хочу знать раньше, чем вы поймаете исполнителя. — Петрович понял, зачем мне это нужно, покачал головой, но ничего не сказал. — А еще я хочу точно знать, кто за этим стоит. Шалецкии или отец?

— Много ты знать хочешь.

Присаживайся. — у казал на кресло. — Поужинаешь?

— Нет, спасибо. — я поел дома с сыном, а то он за эти дни совсем исхудал. Милена увидит, расстроится.

Петрович не спешил делиться со мной информацией. Достал сигарету, медленно прикурил, принес пепельницу и сел в кресло напротив.

— Тот, кто стрелял в Милену, мертв, — сообщил он, стряхивая пепел. — Мстить не придется. Водителя тоже застрелили. Тела были найдены вчера в гараже. Их сразу же после заказа убрали. Даже из машины выйти не успели.

 Там же и номера сменные, и пистолет, и маски… Баллистическая экспертиза еще не пришла, но сомнений нет, что стреляли из обнаруженного в автомобиле «макара». - почувствовал сожаление, что не лично грохнул эту тварь. — Кто убрал исполнителей, еще предстоит выяснить.

— А заказчик кто?

— Вот тут самое интересное. Обыски в доме убитых нам ничего не дали. А вот показания сожительницы одного водителя нам очень помогли.

— Что она рассказала? — я даже приподнялся с места.

— Убитый водитель, раньше работал на Шалецкого.

Он потерял какой-то груз. По приказу Клима его избили, мужик чудом остался жив. Конечно, к Шалецкому тот больше не вернулся, вроде о нем забыли. А на днях ему позвонили и передали привет от Клима Михайловича. Напомнили о долге, который он так и не вернул. Сказали, что если выполнит поручение, долг простят. Простили… Следователи уже пытались допрашивать Шалецкого, но тот молчит.

Значит… Шалецкий!



Глава 45

Артур

Утром я прибыл в СИЗО. О моем визите сотрудников полиции предупредили, без лишних вопросов меня проводили в комнату свиданий.

Шалецкий мог отказаться от встречи, но я очень надеялся, что у него хватит мужества заглянуть мне в глаза. Я дал слово Петровичу, что не совершу самосуд. Постоянно твердил себе, что обязательно доберусь до этой гниды позже, а пока я обязан сдержать слово.

— Какие люди. Не ждал так рано, — холодно ухмыльнулся Шалецкий, прошел к столу и сел. Мне потребовалось время, чтобы усмирить гнев.