Хроника гнусных времен

Это была старая привычка, с которой он боролся. Он всегда засовывал руки в карманы, когда был не уверен в себе или чего-то боялся. Однажды математичка записала в дневнике: “Разговаривал с учителем, держа руки в карманах”, и отец потом проводил с ним беседу о правильном поведении в обществе. Наверное, он еще где-то лежит, этот дневник.

Вот идиотизм.

Внезапно свинцовый шар в голове вспыхнул и разлетелся на мелкие кусочки, освобождая ее от боли. Адреналин ударил по глазам.

Да. Да, конечно.

Сто лет назад нужно было посмотреть этот проклятый дневник! Как он мог забыть.

Он ворвался в кабинет, захлопнул за собой дверь и стал бешено рыться в ящиках стола. Настя не могла его выбросить. Не могла.

""Бабушка всю жизнь вела дневник, – вспомнилось ему. – Обыкновенные школьные тетрадочки. По одной на каждый месяц. А потом она их сжигала в камине”.

Ему попадались какие-то бумаги, он быстро взглядывал и швырял их на пол. Все это было не то, не то!..

Он увидел дневник, как водится, в самую последнюю очередь.

Очень быстро он нашел все, что ему требовалось, и даже завыл от злости – так все оказалось просто.

Как просто! А он не мог сообразить такой простой вещи!

Почему он не купил Насте мобильный телефон?! Он позвонил бы и сказал ей, что наконец-то он все понял.

Нет, нужно успокоиться.

Все вдруг стало на свои места, и ему было странно, что он не смог разглядеть этого с самого начала.

Он сунул тетрадочку в задний карман брюк и еще полез в нижнее отделение книжного шкафа за альбомами с фотографиями.

Кирилл посидел на полу, среди разбросанных бумаг, поднялся и пошел к себе, прихватив один из альбомов.

Половицы поскрипывали, дом вздыхал, и Кирилл теперь точно знал, о чем он вздыхает.

– Так, – сказал Кирилл, – будем объясняться в соответствии с классикой жанра."

"Семья сидела на террасе, на столе сверкали синие чашки, и новый чайник, купленный Ниной Павловной в городе, был водружен в самый центр.

Он даже стал так, чтобы быть далеко от Насти, чтобы она не мешала ему, и переложил лежавшую перед ним на столе газету “Коммерсант”.

– Муся, наливайте чай, – скомандовал он.