Капкан на спонсора

– Рубликов на пятьсот потянет, – сообщила глазастая Женька, имея в виду провизию. Она всегда отличалась некоторой меркантильностью. Хлопнула дверцей, выпучила глаза и промолвила: – Что бы это значило?

– Сейчас узнаем, – прорычала я и вернулась в комнату."

"Роман Андреевич к этому времени изволили открыть глазки и даже чуть приподнялись на локте, растянув губы в улыбке. Когда-то кто-то пошутил над парнем, сказав, что улыбка украшает его физиономию.

– Что это такое?! – рявкнула я.

– Что? – испугался он, разом перестав улыбаться.

– Все это, – сделала я жест рукой, начисто лишившись словарного запаса.

– А-а, – он вздохнул, заметил Женьку и сказал: – Здрасьте.

– Здравствуйте, – хихикнула она в ответ.

– А вы кто? – поинтересовался Роман Андреевич.

Подружка хихикнула вторично и брякнула:

– Женька. – Нахмурилась и поправилась торопливо: – Евгения Петровна.

– Очень приятно. А меня можно просто Рома.

– Вы что ж теперь, жить здесь будете? – окончательно перестав соображать, что происходит, спросила я.

– Если ты не против, – совершенно серьезно заявил Роман Андреевич.

– Вы по какому праву… – начала я, неожиданно икнула и, вытаращив глаза, замерла с открытым ртом, затем глухо простонала и попробовала еще раз: – Как вы… да что это такое?.

– Ну… – Роман Андреевич испуганно посмотрел на Женьку, перевел взгляд на меня и начал объяснять: – Барахла у меня накопилось, я и постирал. Ты не против? У меня машинки нет, а твою я быстро освоил. – Он сделал паузу, наблюдая за мной, и испуганно пролепетал: – Анфиса, картошечки хочешь жареной? Я ее в одеяло завернул, должна быть горячей. Можно пельменей отварить. Хочешь пельменей?

Я рухнула на диван, Женька пристроилась рядом и как-то вяло пролепетала:

– Давай пельменей.

Роман Андреевич исчез в кухне, чем-то там загремел и принялся насвистывать. Я сидела, пялилась на ковер и пыталась решить, как я должна себя вести в этой совершенно идиотской ситуации.

Дорогой гость заглянул в комнату и весело спросил Женьку:

– А вы Анфисе кто будете?

– Я? Подруга. А вы?

– Как бы это сказать… – Он поскреб бритый затылок и уставился на меня.

– Он меня спас, – пояснила я, внезапно обнаружив у себя дар речи.