Изгой Проклятого Клана

Поэтому сначала мы найдём укрытие, в котором вы двое укроетесь с Покровской. А я найду тайник и принесу вам ваши зелья.

— Отказываюсь, — тут же отрезал Тимофей. — Я не буду сидеть в убежище, пока ты выполняешь мою работу. Инициация — это ритуал, который должен раскрыть пределы наших способностей. Чем больше мы выкладываемся, тем сильнее сработает зелье пробуждения стихии! Это потенциал на всю жизнь!

Даже так? Какие архаичные у них были методы!

— Хочешь сказать, что если инициируемый будет на пороге жизни и смерти, зелье сработает сильнее?

— Именно!

— Но это только теория, — вмешалась Алиса.

Несмотря на её аргументы, Тимофей выглядел решительно. По его виду я понимал, что он не собирался отступать. Пусть он и был молодым, но уже мужчиной. Он не желал отсиживаться, пока кто-то другой решает его судьбу.

И я это уважал.

Но его гордость была ловушкой.

Я задал ему вопрос:

— Значит, ты предлагаешь вести женщин в самое пекло?

Тимофей замешкался.

— Нет, но… — он поспешил оправдаться, — но… это же инициация! Я должен пройти её сам! Я — наследник своего рода! Если я не инициируюсь, то кем я буду в глазах своего рода и своего отца⁈

— Защитником, — пояснил я. — Потому что пока я буду искать тайник, кто-то должен прикрывать слабых. Если к ним придёт зверь или ублюдок вроде Мстислава Ярового, то остановить его сможешь только ты.

Он сжал челюсти.

Внутри него бушевала битва. Рациональность против гордости благородного отпрыска и желания доказать, что он чего-то стоит.

Сейчас и решится, каков он на самом деле.

Что возобладает внутри него.

Эмоция

Или разум.

— Дерьмо! Худший день, — процедил он. — К чёрту тебя, Северский! Будь по-твоему! — он подшагнул вплотную. — Но в следующий раз я скорее умру, чем буду сидеть без дела, когда ты рвёшься вперёд! Понял⁈

— Да, наследник, — улыбнулся я и протянул ему руку.

Он раздражённо, но крепко пожал её. Теперь он сделает всё, чтобы не уступить мне ни на шаг. А я приобрёл соперника.

И это было отлично. Достойный конкурент только сделает меня сильнее.

— Воды… — послышался тихий, но приятный голос. Покровская открыла золотистые глаза. — Пожалуйста.

Тут же подорвалась Алиса, прикладывая к её пересохшим губам фляжку с водой. Та принялась жадно пить.