История одной (не)любви

Но еще выше ценилась должность официальной фаворитки императора.

Когда Венарий взошел на престол, сановники напомнили ему про женитьбу. Пришлось перебрать всех известных принцесс брачного возраста, которые годились в жены императору Иллурии. Выбор был остановлен на Делейне — принцессе Гвадарса — маленького королевства, готового на все ради союза с сильным соседом.

Тонкокостная, высокая, бледная, с толстой русой косой, уложенной венцом вокруг чела. В белоснежных горностаевых мехах. С гордым и неприступным лицом.

Ее вздернутый нос вызвал у него только усмешку. Он не хотел тратить время на разговоры и уж точно не имел желания знакомиться ближе, чем того требовало таинство зачатия.

Их обвенчали в главном храме столицы. Жрец Праматери благословил венценосную чету. Придворные дамы проводили новобрачную в императорские покои, а сам Венарий остался на шумном пиру. Он не любил девственниц, его привлекали опытные дамы, знающие, что нужно мужчине.

Когда он ввалился в спальню, было уже далеко за полночь. Новобрачная не спала. Она стояла у кровати, нервно сжимая ворот сорочки, и смотрела на него с плохо скрываемым страхом.

Венарий чувствовал страх так же, как хищники чувствуют свежую кровь. Вид бледной и перепуганной невесты пришелся ему по вкусу.

Все прошло очень быстро. Разорванная сорочка осталась лежать на полу. Раздавленная и униженная невеста — на ложе.

Венарий, удовлетворив свою похоть, молча поднялся. По-военному быстро оделся.

— Позовите служанок. Они приведут вас в порядок.

— Монсир… — слабо пролепетала она, глядя, как он уходит, — разве вы не останетесь до утра?

— Пока мне здесь нечего делать. Если лекарка скажет, что вы не зачали, я снова приду.

Насвистывая, он вышел из спальни. Сбежал по лестнице в зал, где продолжалось гулянье. К нему тут же прильнула Самия — знойная смуглокожая шафирратка.

Южные женщины знают толк в плотской любви…

И вот теперь, глядя на черноглазую ворожею, он вдруг ощутил давно забытое чувство.

Венарий учуял ее страх. Она его хорошо скрывала, но не так хорошо, чтобы он не смог его уловить. Страх вызывал азарт. Будоражил воображение. Страх провоцировал и привлекал.

Страх будил в нем охотника.

Полные губы императора раздвинула задумчивая усмешка.

Супруга его дознавателя потрясающе хороша. Кажется, ему будет чем поразвлечься.