История одной (не)любви

Она хотела броситься к сыну, но Йеванн успел ее удержать. Обнял за талию, прижал к себе и жарко прошептал на ухо:

— Ночные сильфы. Духи ночи.

— Сильфы? — голос Деи совсем ослабел. Теряя опору, она прислонилась к плечу супруга. — Что они здесь делают?

— Не бойся, они не причинят ему вреда. Их притягивает его сила, как мотыльков притягивает огонь. Ты никогда не задумывалась, почему маги видят элементалей? И почему чем сильнее маг, тем больше таких существ его окружает?

Она смогла только молча покачать головой.

— Элементали это духи природы.

— И что это значит?..

— Он питает их своей магией, а они становятся его свитой. Защищают своего господина, выполняют его приказы. Их сила и возможности растут вместе с ним.

Дея вскинула на него растерянный взгляд.

— Ты говорил… что Ноэль разговаривает с ними… Это правда?"

"— Правда. — Его руки сильнее сжались на ее талии. — И они отвечают ему. Я еще не встречал магов, способных в таком возрасте наградить элементалей самосознанием и речью.

— Что же с ним будет? Когда Венарий узнает, то захочет использовать его… Я не могу этого допустить!

Она задрожала в его руках. Но не от холода — от страха за сына. Развернулась и уткнулась носом в крепкую грудь.

Йеванн чувствовал, как она прижимается, ища защиту, как цепляется за его плечи.

В тот момент он понял, что готов отдать все, даже собственную жизнь капля за каплей, лишь бы ее страхи никогда не сбылись.

Он зарылся носом в ее макушку, втянул цветочный аромат волос и прошептал:

— Доверься мне, Дея. Хоть раз в жизни доверься мне. Клянусь, ты никогда не пожалеешь об этом.

Остаток ночи она провела в его спальне. Оставаться одной после всего, что узнала, было страшно. Но безоглядно доверится мужчине, которого недавно считала врагом, было еще страшнее.

Йеванн больше ни о чем не просил, ничего не обещал. Просто прижимал ее к себе, как ребенка, и баюкал. В его руках было тепло и надежно. И все же… Все же тревожный червячок грыз девушку изнутри.

В какой-то момент она подняла голову и увидела лицо мужа. Потемневшее, хмурое. Он смотрел в потолок, пока она лежала у него на плече. Его губы были сжаты в полоску, в глазах застыла отчаянная решимость.