Импринт

Если контроль голоса был мне подвластен, то выражение лица могло меня выдать. Особенно перед дядей, который всегда был слишком проницательным.

Чертов канадский шпион.

– Да, все хорошо, – уверенно отвечаю я, с яростью размазывая антрацитовую краску по холсту.

– Ты уверена?

Я замираю, разглядывая депрессивные оттенки. Без понятия, что это будет за картина. Я даже не понимаю, какие конкретно образы рисую – они просто приходят в мою голову, поедая меня заживо.

– Да, все в порядке, Зак, – мой голос стал мягче. – Много домашки в начале семестра, ты же знаешь.

– Ну-ну, – дядя хмыкает и переводит камеру на золотистого лабрадора. Лапа Сэма перевязана, а карие глаза смотрят на меня с любовью, хотя пес даже не знает, кто находится по ту сторону экрана. – Доктор Фишер сказала, что еще пару дней и будет как новенький. Из травм у него останется только боязнь ежей.

– Слава богу, – я вздыхаю, откладывая палитру с кистями. – Надеюсь, ты пригласил ее на свидание?

Дядя Зак был очень похож на моего отца: пшеничные непослушные волосы, серые глаза и острые скулы.

– Не думаю, что Аврора готова нарушить медицинскую этику, – Зак усмехается, а из моей груди вырывается смешок:

– Не думаю, что медицинская этика работает таким образом.

– К тому же Сэм влюблен в нее по уши. Я стану настоящим врагом, если уведу у него девушку.

Я держусь за живот, когда из меня наконец выходит нормальный смех… пока не чувствую, как по спине неожиданно ползут мурашки.

Острые клыки тревоги впиваются в мою кожу, но я заставляю себя не смотреть в окно, как обезумевшая.

– Сэм переживет, – я прочищаю горло. – Я серьезно, Зак. Пригласи ее на свидание.

– Может быть, в следующий раз. Расскажи про свои выходные.

Боже, какой же он настырный. Я люблю своего дядю. Безумно люблю. Но если я поведаю ему о недавнем инциденте, то ссоры с мамой не избежать.

Дядя Зак будет до последнего отстаивать позицию о моем немедленном переводе.

Тем более… Кембридж.

После Кингстона мне будут открыты все двери и я не собираюсь изменять своей мечте из-за какой-то четверки засранцев."

"– Ничего особенного, – бормочу я, чувствуя чужое присутствие.

Я растерянно оглядываюсь в комнате, в которой кроме меня никого не было. Но я ощущала чужое присутствие.