Имперский вальс

А что поделать, если сестренка хочет, чтобы ее девушка (а вот это для Аринэля все еще диковато звучало) спала вместе с ней? Вот именно, ничего. Попробуй поспорь с магистром.

Ари слегка улыбнулся. Кстати, они сейчас в расслабоне из-за того, что администра… в смысле, командование объявило послабление режима в лаге… в Академии. То есть дрыхни, сколько хочешь… До четырнадцати (десяти утра). А сейчас еще и семнадцати (то есть семи утра) нет.

– Ари, – сонным голосом заговорила Саманта. – Ты опять уже встал?

Однако.

– Хочу пробежаться, Анти, – ответил Аринэль. – Один.

– А-а, ладно, – Саманта вытащила руку из-под одеяла и сделала разрешающий жест. – Дозволяю.

– Спасибо, любимая, – усмехнулся Ари. – Ты столь великодушна.

– Да, я такая, – расплылась в улыбке Анти. – Цени. Люби. Превозноси.

– А еще умница, красавица, – добавил Аринэль. – И я до сих пор не понимаю, что ты нашла во мне.

– Эр, вы сегодня столь щедры на комплименты, – промурлыкала Анти. – Уже с утра полакомились?

– Нет, я еще не ел, эрса, – изобразил непонимание Аринэль.

– Не ел, но сладкое получил, – Саманта потянулась и укоризненно добавила. – Ари, я же тебя чувствую.

– Простите за мою забывчивость, госпожа, – тут же покаялся парень. – Мне нет прощения.

– И к кому же ты решил «пробежаться», а? – спросила Анти. – Все… хм, варианты еще наверняка спят. Я чего-то или точнее, про кого-то не знаю, а?

– Не-не, госпожа, – усмехнулся парень. – Действительно только ногами поработаю.

– До-до! – иронично, очень иронично заметила девушка.

– Вот когда я сам искал? – нахмурился Ари. – Так что…

Ари принялся одеваться. Саманта же нахмурилась, будто вспомнила что-то неприятное, села на кровати и смерила парня задумчивым взглядом.

– Кина, – произнесла она. – Саэко. Нам бы поговорить.

Кинара молча кивнула и спрыгнула с подоконника. Саэко тоже встала.

– Я пока в ванную, – произнесла Будзин.

Как-то так вышло, что двери, входная и в ванную комнату стукнули практически одновременно.

– Ари, – заговорила Анти. – Скажи…

И она замялась, словно подыскивая слова. На лице Аринэля отразилась опаска.

– Тебе… ну, не нравятся женщины? – выдала, наконец, Саманта.

В комнате повисла гробовая тишина. Аринэль натурально остолбенел от такой подачи.

– Чё? – только и смог выдавить он.