Имперский вальс

Или давай, пробежимся вечерком, кого-нибудь зацепим?

И рассмеялся, увидев на лице товарища мрачное выражение. И вдруг Эли, подняв глаза, злорадно ухмыльнулся. Дариан сначала недоуменно на него уставился, а потом на его лице пробежала опаска.

– За спиной? – сипло спросил он.

Эли кивнул. А на плечо Дариана опустилась нежная женская ручка. Парень сглотнул.

– Дариан! – ласковым и тихим тоном спросила Камилла Данфол.

– Это было чисто умозрительное предложение! – поспешно произнес Дариан.

– Ну, я вас, пожалуй, оставлю, – мрачно улыбнулся Эли.

– Эли, мать твою! – раздался громкий женский голос от дверей.

Ютария посторонилась, пропуская выходящих Тайфолов. Саманта шла с торжественным видом. Аринэль выглядел беззаботно веселым.

– Да иду, чего орешь! – отозвался Шераон

* * *

Даннеран. Замок Тэйдэяхан.Большой овальный стол. Стены, отделанные темным деревом, узкие окна-бойницы. Эту комнату никогда не переделывали. Она сохранилась такой еще с того времени, когда замок был опорным пунктом.

Сейчас здесь сидели главы родов Алестис. Пятая императрица – Нэйран Грестос, глава Дома Алестис. Глава Дома Эридис – Лария Эридис, бывший магистратор вигилов, а сейчас член Имперского Диктатума. Герцог Эридис – Камила Эридис. Дайнарэ Айтарис (начальник квестории – то есть главная по финансам) и единственный мужчина – Квендор Айтарис, муж Фелиции Айтарис, герцога Айтарис.

"Предметом для обсуждения стала ситуация с провинцией Кантос. Алестис собрались тут, чтобы обсудить те данные, которые получили за это время. Особенно тот момент, что рекуриары обнаружили массовые захоронения.

– Захваченные рекуриарами жители выглядели очень изможденными, – говорила Нэйран Грестос. – И даже снятие артефакта теперь не дает эффекта.

Лица присутствующих были мрачными. И это были не маски. Даже циничные Алестис не могли легко принять, что они своим решением не идти в Кантос, обрекли тысячи и тысячи людей на смерть. Но альтернативой этому была война, с неизвестным результатом. Против противника, который наверняка приготовился к прямому противостоянию.

– Сайхог меня сожри, – скрипнула зубами Лария Эридис.