Игры мажоров. Хочу играть в тебя (СИ)

Он долго потом добивался, ко мне приезжал, понять пытался. Мне его даже жалко было, он нормальный чел, этот Диего.

Но она его видеть упорно отказывалась.

— Не хочу, чтобы мучился, переживал, — объяснила мне, — он же хороший, любит меня, суку. Пусть думает, что я его бросила, пусть ненавидит. Мне так легче, Кит.

Это тетка меня первой так называть стала, на британский манер. Кит-Никит. Мне понравилось. Другая жизнь, другое имя.

Мы с ней сидели, курили. Катя рассказывала, а я молчал, потому что не знал, что говорят в таких случаях.

— И на кого я стану похожа, Кит? — она стряхнула пепел и снова затянулась. — Ты видел, в кого люди после химии превращаются? И это ведь не панацея, только отсрочка на время.

Я попробовал возразить. Делал вид, что дым раздирает горло, а сам боялся, что не выдержу и разноюсь перед ней как сопляк.

— Ну и пусть, — затянулся и закашлялся, — что ж ты так просто возьмешь и уйдешь? Сначала она, теперь ты?

«Она» это моя мать, ее старшая сестра, которую я видел только на старых фотоснимках.

— Мы обе тебя бросили, да Никит? Ты знаешь, я сейчас много думаю об этом. Сначала такая злость была ко всем, прямо лютая. Почему именно я? Почему это произошло именно со мной? А потом поняла. Я не ценила эту жизнь, Кит, вот она мне и отомстила. На что я ее растратила? На отца твоего? Так он не любил меня, он со мной спал, только когда ему уж совсем припекало, а под рукой никого не было.

"Я отвернулся. Конечно, знаю. У меня со всеми так было. Потому что не любил. А ту, которую любил, проебал.

— Я теперь так жалею, Никит, так жалею, — всхлипнула, но когда я попробовал ее обнять, покачала головой и отстранилась.

Она отвернулась, плечи затряслись, а меня резануло это «была».

— Что значит, «была», Кать? — приобнял за плечи, она обернулась и зарыдала, уперевшись лбом в мою грудь. И тогда я догадался.