Действуй, дядя Доктор!

Ясно, значит, караулили железного коня.

Долго смотрю то на свои открытые ноги в туфлях, то на мотоцикл. Вот об этом я совершенно не подумала. Однако идти сейчас переодеваться – крайне трусливо.

- Ну что, уже думаешь во что переодеться? - доносится насмешливый голос над ухом.

- С какой стати? По сути, задницу мою никто не увидит, на ней я буду сидеть, ну а передница будет прикрыта тобой.

- Передница?

- Ну да, то куда ты привык совать свои руки, Андрей Викторович. Ну а ноги у меня такие красивые, что пусть все смотрят, - вот сейчас я точно напоминаю себе малолетку.

- Вообще я имел в виду другое неудобство, ну как знаешь. Еще не поздно переодеться, - взъерошивает рукой волосы. А я только сейчас замечаю, как он сегодня выглядит. Больше тридцати не дашь. Реально выглядит моложаво. Возможно, все дело в черной кожаной куртке и белой футболке. Не знаю. Но выглядит он как секси мачо. Таких в кино показывают. Осталось ему только мышцами поиграть. Усмехаюсь в голос от дурацкого осознания.

- Нет, - уверенно произношу я. - Не буду переодеваться. Поехали, раз карета подана.

Если быть честной перед самой собой, я рада, что снова окажусь на мотоцикле. Да, на каблуках и в платье будет неудобно, ну и, подумаешь, от ветра оголятся бедра. А вот такой порции адреналина и необъяснимого чувства свободы я не испытаю больше нигде.

- Эй, - протестую, как только Андрей пытается надеть на меня шлем. - Что ты делаешь? У меня прическа, - возмущенно бросаю я, приглаживая волосы.

- Я рад, что в тебе все-таки живет женщина, но без него мы никуда не поедем. Это не обсуждается, - строго произнес Андрей. Сказал, как отрезал.

- А может все-таки без члена на голове, ну, пожалуйста, - мило прошу я. Господи, сама себя не узнаю.

- Да, Лена, без члена на голове безусловно можно, а вот без шлема – нет, нельзя, - усмехаясь, произносит Андрей, надевая на мою голову шлем. Шлем, черт возьми! Как я могла сказать член? - Не забывай крепко за меня держаться, по сторонам головой не дергать.

- Окей, дедуля, - саркастично отмечаю я и тут же себя одергиваю. Мне тридцати нет, а поясница и колени тоже периодически болят.

- Крепче обнимай, бабуля.

- Уже, хрычуля, - усмехаюсь ему в спину, крепко при этом обняв.

Ощущаю себя какой-то кайфушкой, когда Андрей объезжает застопорившиеся во дворе моей многоэтажки машины. И ведь никакой баран друг другу не уступит.