Графиня из захудалого рода

Как уже говорилось выше, мало ли что, возможно, случится так, что свежеиспечённый супруг будет торопиться покинуть дом своей супруги, так стоит ли его задерживать, вызывая вполне ожидаемое нетерпение? Нет и ещё раз нет. А подвенечное платье Гертруда снимет и отдаст Лионелле, той оно вскоре должно понадобиться.

Ну вот, уже и пастор прибыл в церковной коляске, аккурат после утренней службы в храме, Арнольд так и вовсе был у них с самого утра и завтракал же вместе с ними, а жениха все не было.

Нервное положение, что ни говори. Хотя и не желалось, и категорически отказывалось о том думать, но Труди начинала нервничать - не хотелось бы ей оказаться брошенной у алтаря невестой. Но мать успокоила - поезд только пришел, вероятно, Генрих нанимает коляску, чтобы доехать до их дома, это примерно полчаса. Стоит подождать. Чай, не каждый день замуж выходишь. Один раз в жизни, как-никак! Ну, быть может, два… но никак не больше трёх, ибо неловко перед обществом становится.

И в самом деле, минут через двадцать томительного ожидания и вялого спора между родственниками на тему, сколько раз можно выйти замуж без того, чтобы на тебя стали посматривать косо, послышался стук копыт, скрип колес и возле крыльца остановилась коляска с поднятым кожаным верхом. Их старый конюх быстро увел лошадь и коляску в конюшню - зачем животной мучиться на таком промозглом ветру?"

"Манеры графа, если и улучшились с прошлого визита, то ненамного.

Войдя, он окинул взглядом горку вещей будущей супруги, поцеловал ручку графини-матери, подставил под благословение пастора чело, подал руку представленному Арнольду. По троим девушкам скользнул спокойным, нечитаемым взором. Гертруде даже захотелось тупо пошутить, чтобы он сообразил, кто из них невеста: ""Я буду в белом!"". Наконец, все прошли в бальную залу, Лионелла села за старый клавесин (она хорошо играла и любила музыку, в отличие от сестер, те занимались из-под палки), заиграла нечто торжественное и медленное. Затем речь пастора, обмен кольцами, быстрое прикосновение сухих губ к уголку ее губ - и всё, та-дам! она уже замужняя дама! Графиня Штольке-Гембах, извольте радоваться! «Ну, вот и всё, ты замужем теперь… та-та-ра-та-ра… прощальный взгляд, распахнутая дверь…», - возник в голове Труди неизвестный мотивчик. Только радоваться не хотелось, отчего-то хотелось плакать.