Городской тариф

Вчера нарисовался толковый и интеллигентный начальник, сегодня Настя познакомилась с толковым и интеллигентным участковым. Откуда в милиции столько толковых интеллигентов сразу? Не иначе как удивительное совпадение, какое бывает только в сказках.

***

Двое мужчин медленно шли по дорожке между могилами. Моросил холодный ноябрьский дождь, и тот, что постарше, держал над головой раскрытый зонт. Его спутник, лет на десять моложе, шел сзади с непокрытой головой, и вода стекала с мокрых волос на щеки и шею. Они остановились возле памятника, с гранитной плиты на них смотрели лица женщины и юноши.

- Ну, как ты живешь, Борис?

- Живу, - спокойно ответил Борис. - Все живут, и ты тоже.

- Не женился еще на своей санитарке?

- Она не санитарка, Саша, она медсестра.

- Ну ладно, пусть медсестра, разница невелика. Все равно она деревенская баба с двумя детьми, как ты ее ни назови. Так женился или нет?

- Мы расписались, - сдержанно ответил Борис.

- Давно?

- Два месяца назад.

- Значит, ты все-таки пошел на это, - в голосе Александра зазвучало презрение. - Ты не просто предал память Ларочки, ты еще и узаконил это. Как ты мог?!

- Саша, успокойся, а?

- Я не успокоюсь! Ты довел мою сестру до гибели, ты погубил жизнь собственного сына и теперь готов плюнуть на это, забыть, растереть и жениться на другой! Как я могу успокоиться? Ну как, как?!

Александр повысил голос и уже почти кричал.

- Прости, Саша, но все люди разные, - только и сказал он.

- Да, все разные. Одни помнят своих любимых всю жизнь, другие же предают их, предпочитая забыть, - зло проговорил Камаев.

- Нет, Саша. Одни люди предпочитают оплакивать себя и быть несчастными, а другие предпочитают радоваться жизни. Вот в чем различие.

- Это демагогия. Я оплакиваю не себя, а Лару и Жорика."

"- Это неправда, - твердо возразил Борис. - Это ложь, которой ты себя тешишь. На самом деле ты оплакиваешь себя.