Городской тариф

Я старше тебя и опытнее, и поверь мне, никуда она от тебя не денется, если ты будешь вести себя умно. Прояви понимание, терпение, не препятствуй ее встречам с бывшим мужем, наоборот, будь максимально внимателен, все время спрашивай, как там Павел, как он себя чувствует, что говорит, что делает. Предлагай помощь, организационную, с похоронами там, с поминками, или даже финансовую. Конечно, он вряд ли ее примет, у него есть друзья, коллеги, и денег у него достаточно, да и у Милены есть родители, но ты предложи, предложи! От тебя не убудет, а Наташе приятно.

Илья молча кивал, и на лице его все явственнее проступала надежда. Кажется, Камаеву удалось нащупать верный тон. Ну и слава богу.

***

Настя хохотала и все не могла остановиться. Слезы стекали по щекам, она размазывала их ладонями, пыталась глубоко и редко дышать, но ничего не помогало. Истерический смех поднимался откуда-то из живота и душил ее, заставляя мышцы судорожно сжиматься. Даже ворвавшийся в кабинет Коротков не помог: при виде его изумленного лица она только еще сильнее смеялась.

- Что случилось? - сердито спросил он. - Тебя на полкоридора слышно. Я уж решил, что ты ревешь.

- Не, - она помотала головой и сумела-таки глубоко вдохнуть. Сразу стало легче - Я смеюсь.

- Над кем?

- Над собой. Над кем еще мне смеяться?

- И кто же тебя эдак развеселил-то?

- Шеф. Юра, он сказал, что сегодня подписали приказ.

- Подписали, - кивнул Коротков - Я как раз шел тебе сказать. Ну и что в этом смешного? Радоваться надо. И, между прочим, думать о том, как будешь праздновать в кругу боевых товарищей.

- Погоди, Юр, мне нужно завтра на кафедре обсудиться. Вот если там все пройдет нормально, тогда буду проставляться. Но это еще не все. Знаешь, о чем я спросила Большакова?

- Знаю, - буркнул Коротков, одним глотком допивая оставшуюся в чашке воду.