Вторая молодость Фаины (СИ)

Полинка сидела рядом, Бусик грыз какую-то шишку. Дуняша тоже присела, наблюдая, как Полинка пересыпает песочек из одной формочки в другую. И вдруг из одной формочки из песка выпал камень и Полинка отбросила его  в сторону.

Я подняла его. Он был точно такой же, как тот, что я нашла у Полинки в кармашке. Только сейчас он был пыльный, «некрасивый», серого цвета. Видимо, поэтому и не понравился Полинке.

Я встала, подошла к ручью, зажала камушек в кулаке и немного подержала его в воде так, чтобы поток проходил сквозь пальцы.

«Значит, есть всё же золото, — подумала я, — что же теперь делать?»

В голове как будто раздалось тиканье часов, и я подумала, что времени у меня немного. Если вот так, на поверхность, выходят такие камушки, значит, золотая жила где-то близко. И в любой момент её может найти кто угодно. Чем это закончится лично для меня, я не знала, но явно ничем приятным. И мне казалось, что кто-то уже знает или догадывается, что здесь не просто земля, а настоящий кладезь драгоценного металла.

«Что же делать? Кому можно довериться?» — я перебирала в голове всех, с кем контактировала, с кем вела дела. Пока получалось, что довериться я могу только одному человеку, Алексею Порываеву.

Я вздохнула. Алексей Порываев далеко, он уже ближе к столице. А писать ему письмо с новостью о золоте на моём участке будет крайне неосмотрительно.

По всему выходило, что чтобы поговорить с Алексеем и подумать, что делать с этим новым открытием, мне надо ехать в столицу. Но тут возникали следующие обстоятельства, ведь господин Пришельцев, назвав всех подозреваемыми по делу об убийстве князя Дулова, запретил выезжать за пределы губернии.

Итак, план начал формироваться в моей голове. Первое, из всех, кому могу доверять, есть только Алексей. Второе, для этого надо ехать в Петербург.

Как только я подумала об адвокате, сразу вспомнила Верочку и её ухажёра с нуровского приёма. Уж нанять местных екатеринбургских светил юриспруденции у меня средств хватит.

Прежде чем предпринимать какие-то действия и писать адвокату Владимиру Ивановичу Милонову, посоветовалась с Верой. Она оказалась не против. Даже поддержала и вызвалась сама написать ему письмо с просьбой подъехать к нам в имение.