Диверсионная команда

Полковник быстрым шагом преодолел расстояние от здания штаба до бетонного блока закрытой котельной. Открыв своим ключом бронированную дверь, Гамбаров пропустил командующего спецназом вперед и зашел следом. Трехсоткилограммовая дверь бесшумно закрылась, едва щелкнув замком.

— Ну и бардак здесь, — хмыкнул генерал-майор, оглядываясь. Особую интернациональную бригаду он посещал впервые. В котельной творился хаос — пыль, паутина, ржавые механизмы и разбитые экраны приборов.

— Вах, как нэхорошо получаэтся, — с кавказским акцентом произнес совершенно серьезно полковник Гамбаров, затем, улыбнувшись, на чистом русском добавил: — Если бы не наложенный гриф секретности, я бы давно заставил моих «щеглов» навести здесь порядок, а так, извините, товарищ генерал.

Пройдя в глубь помещения, Гамбаров завернул за махину котельной установки. Открыв ржавую коробку приборного щитка, полковник сунул вовнутрь длинную пластину кодового ключа. Мгновенно отъехал кусок бетонной стены, за которой оказалась кабина обычного бытового лифта.

Полковник, нажав кнопку «вниз», объяснил генералу:

— Шахта имеет шесть галерей, расположенных одна под другой.

— Это что, единственная связь с внешним миром? А в случае экстренной эвакуации как ты из этого достанешь почти тысячу человек? — поинтересовался Талащицкий. Решение о базировании бригады под землей принимали еще до него, и генерал сейчас сам хотел убедится, что это решение было правильным.

— У нас имеется десять платформ, способных доставить на поверхность полторы тысячи человек в полной боевой экипировке.

— Что, все сюда, в котельную? Тесновато вроде, — продолжал расспрашивать генерал."

"— Нет, котельная — это, я бы сказал, парадный ход для проверяющих, а для подразделений Эвакуационные платформы выходят в ангары автопарка. Все рассчитано до мелочей. В течение десяти минут мы можем весь состав посадить на технику. Лишь бы ее хватило. А срочную службу и того быстрее.

Кабина лифта бесшумно опускалась вниз, оба военных молчали.

Наконец лифт замер, со змеиным шипением отворились задвижки дверей, и в глаза ударил яркий свет. По высокому бетонному потолку тянулись длинные пунктиры люминесцентных ламп. Возле лифта стоял дежурный офицер.