Дар чародея

Мы с ним схожи, и мой энергетический поток не меньше. И Лидия никогда не страдала от этого. И теперь я вижу, что сердце ее остановилось не от энергетического всплеска, а от другого.

– Отчего же, Сереженька? – спросила старушка, обратив на него взор.

– В ее крови много некоего странного вещества, похоже, довольно ядовитого, которое по кровеносным сосудам поступало прямо в сердце, и оттого ее сердце словно обуглилось от яда.

– Она отравилась чем-то? – воскликнула старушка, тут же поняв, о чем он говорит. – Погоди, касатик! Она же постоянно какие-то травяные пилюли пила, от нервов, которые Дуня ей готовила.

– Ну да из трав всяких я ей эти пилюли готовила, – объяснила Дуня. – По ее приказу.

– Видел я эти травяные шарики, только травы там для организма полезные были. Проверял я, – отозвался задумчиво Сергей, вновь переводя напряженный взгляд на графиню и явно над чем-то размышляя. – Но сейчас в ее организме какое-то другое вещество, которого точно не было в тех пилюлях.

Велина Александровна подошла к нему и быстро осмотрела тело умершей.

– Эти?

– Ну да, – кивнул молодой человек, отмечая знакомый вид пилюль, которые он когда-то видел у жены.

Он вновь перевел взор на Лидию, а старушка невольно поднесла один из шариков к своему носу и принюхалась.

– Ты уверен, что эти смотрел? Это явно не травы для успокоения нервов.

Сергей вмиг обернулся к бабушке и взял из ее руки шарик. Раздавив его пальцами, он тоже принюхался.

– Тут совсем другие травы! – заявил он пораженно уже через секунду. – Не те, которые я тогда смотрел!

– Их тоже ты готовила? – спросила подозрительно Велина Александровна, оборачиваясь к горничной. Та как-то недобро взглянула на старушку и тихо вымолвила:

– Нет.

– Лжешь, Авдотья! – повышая голос, вскричал граф.

– Колеблется аура твоя у головы, потому точно врешь! Сознавайся, ты эти травяные пилюли делала? – добавила старушка.

– Авдотья, можно же химический анализ сделать и частицы твоей кожи наверняка найдутся на этих таблетках, – сказал уже с угрозой Сергей.

Понимая, что ее загнали в угол, Дуня глухо процедила:

– Ну я делала, и что с того?! Она сама меня просила! Я ее не заставляла их есть!

– Почему травы другие, Авдотья? – возмутился Сергей, вновь нюхая раздавленную пилюлю, в которой отчетливо ощущался некий горький запах.