Булочка в подарок

Она запустила ручонку прямо в глаз Летты, и та не удержалась и айкнула. В пальчиках у девочки оказались длинные черные волоски. Господи, она выдернула у Летты накладные ресницы! И смех, и грех!

Подбежав к ним, Надя подхватила Булочку на руки и дала Летте справиться с ее бедой. Той пришлось быстро снять вторую пару ресниц и ускакать в ванную. Мы все переглянулись.

– Прости, но это очень смешно, – тыкнул меня в бок Багир, издавая смешок. – Хотя, надо признаться, девочка нашла себе развлечение и не орала.

– Да уж, – скривился я, хватаясь за переносицу.

– А что ты думал? С детьми всегда так! – пустилась в нравоучения Надя. – Это не кукла, которую посадишь на тумбу и любуешься!

– Да это ясно…

– Ничего страшного! Со всеми бывает! – Летта бодро выскочила из ванной. Она умылась и привела себя в порядок. Без густых ресниц стала выглядеть моложе и беззащитнее. – Вообще–то, все мои знакомые давно наращивают ресницы.

– Совсем нет, – ухмыльнулся я, подходя ближе к Наде.

И ощущая знакомый запах. Нет–нет–нет! Почему именно сейчас… Я думал, она дотерпит до того момента, пока я не сдам ее на руки Даше. Короче, решено. Нужно нанять няню для водных процедур, которая будет работать в отсутствие основной няни!

– Держи, папочка! – Надя вручила мне дочь, чтобы я поменял ей памперс.

Радуясь, что всё же догадался захватить с собой сумку со сменной одеждой и подгузником, подхватил я ее. Не придется одевать Булочку в одежку Лёвы.

– Вау! Ты что, сам меняешь ей подгузник? Ты умеешь?! – с удивившим меня восхищением проговорила она.

– Ну да, приходится, что поделать? – пожал я плечами. – Занятие не из любимых, но выбора особого нет.

– Я думала, мужчины таким не занимаются. Мой брат бежит за километр, стоит сыну сделать свои грязные дела.

–Я-Я-ЯЙ! – задергалась в моих руках недовольная Булочка. Принцесса не любила долгого пребывания в грязном подгузнике.

– Идем-идем! – запричитал я, боясь, что она кинется в слезы. Фиг ее потом успокоишь! Она и сейчас-то позволяла себя держать, так как понимала, что я единственный, кто сменит ей грязный подгузник. – Сейчас, моя вредина, помоем тебе попку, – ворковал я, пытаясь пресечь ее кряхтение, которое в любой момент могло перерасти в плач.