Бизнес-план счастья

Вера, узнав об этом, встревожилась, а Молчанский сильно удивился."

"— Просто театр абсурда какой-то, — пожаловался он Вере и сильно растер руками лицо. — У меня такое чувство, что я сплю и внутри моего сна происходят абсолютно нереальные вещи. Вот скажи, зачем «М — софт» может понадобиться ОБЭПу? И какие президентские гранты, если мы ни разу в жизни их не получали? Что я, идиот — в азартные игры с государством играть? Мне чужих денег не надо, у меня своих хватает.

Как бы то ни было, комиссия сидела за стеной кабинета Молчанского, и такая «ерунда», как совершенное накануне убийство, их, похоже, совсем не смущала.

В конце концов, установить, кто приходил ночью в офис, кто впустил в него Катю Головину, а потом убил ее, кто звонил шефу, выдавая себя за Веру, было гораздо важнее, чем разобраться с какими-то неведомыми грантами.

И все-таки ситуация с последними отчего-то не давала Вере покоя. Сама она точно помнила, что никаких грантов «М — софт» не оформлял. Она в подобных процедурах определенно не участвовала, а мимо нее такая работа пройти не могла. Налив себе чашку крепкого чаю (вторая бессонная ночь сказывалась на самочувствии, стучала маленькими молоточками по вискам, насыпала песку в глаза, заставляла чаще биться сердце), Вера прошла в кабинет главного бухгалтера и плотно прикрыла за собой дверь.

Ирина Геннадьевна вопросительно посмотрела на нее.

— Чего тебе, Верочка?

— Вы слышали, что в комиссии есть люди, проверяющие исполнение президентских грантов?

Бухгалтерша кивнула, тафтовая юбка из-под стола тут же зашуршала, и Вера опять не к месту подумала, что уж кто-кто, а Ирина Соловьева ни к одному человеку не могла бы подкрасться незамеченной.

— Слышала. Ну и что?

— Так у нас же нет никаких грантов. Что они проверять-то собрались?

Теперь настал черед удивляться Соловьевой.

— Как это нет? Вернее, да, сейчас нет, но мы только в сентябре грант закрыли.

— Какой грант? — Вере казалось, что она сходит с ума. — На что?

— На организацию обучения школьников IT-технологиям.