Бизнес-план счастья

Иногда Веру волновало, что мальчик растет без сурового мужского воспитания, полностью замкнутый лишь на обожающих его бабушку и деда, но изменить все равно ничего не могла. А что волноваться без толку? Вон в семье Молчанских был муж и отец, настоящий мужик Павел Александрович, а Костик, оказывается, колется. И что толку с того мужского воспитания? Впрочем, думать об этом сейчас не хотелось.

Вера сосредоточенно вела машину, пытаясь выстроить предстоящий ей разговор с начальником. Что она будет делать, если он окажется пьяным? Как скажет про сына? Как уговорит привести себя в порядок и ехать в больницу, к сыну и жене? Как выяснит про проблемы с налоговой? От правильно выстроенной беседы зависело очень многое, а значит, Вера не могла позволить себе сплоховать.

Мокрая дорога немного подмерзала на пронизывающем ветру. Вот вроде и температура плюсовая, а все равно скользко. Вера вдруг подумала, что после отпуска не успела поменять резину на шипованную, посмотрела прогноз погоды и решила, что у нее будет на это неделя, не меньше.

Она бы и была, если бы Веру не понесло за город. Она сбросила скорость и поехала медленнее, крепко держа руль двумя руками. Ей нельзя попадать в приключения, потому что в них уже попал ее начальник, а два приключения сразу ей, Вере, пожалуй, не пережить. Не справиться.

Съехав с трассы на проселок, ведущий к даче, по которому нужно было проехать километров восемь, Вера чуть расслабилась, потому что здесь уже не было машин, да и дорога снова стала просто мокрой, не блестящей.

Она вилась среди деревьев, и здесь, сколько помнила Вера, всегда был свой особый микроклимат.

Еще через пять минут она уже въезжала в коттеджный поселок, в котором Молчанский построил себе дачу. Повернув направо, достигла нужной улицы, снова повернула. Забор нужного ей участка уже был виден, высокий, кованый забор, на который Молчанский угрохал целое состояние. Ворота были раскрыты настежь, и у Веры зародилась надежда, что начальник там, на даче.

Он терпеть не мог запертые двери и ворота и практически никогда их не запирал. Когда был на даче, конечно. Если он уезжал, то помещение ставилось на охрану, очень надежную. В отсутствие хозяев это был не дом, а крепость. Если же хозяева находились дома, то крепость превращалась в проходной двор. Ну, вот и хорошо, можно будет въехать на участок, не дожидаясь, пока ей кто-то откроет.

Додумать эту мысль Вера не успела.