Алан. Скажи, что ты моя…

–Иди сюда…-откладывает приборы и хлопает по коленкам."

"Я молча делаю так, как он говорит. Сажусь на него сверху, разведя ноги и только сейчас вспоминая, что на мне все еще нет трусиков… Он ведь не разрешил… Я открыта перед ним… Душой и телом…

Соединяет наши руки, на которых красуются кольца. Нежно целует в губы.

– Ты помнишь, что я тебе говорил в ту ночь, когда одел на тебя кольцо?-спрашивает, нежно гладя по лицу тыльной стороной ладони.

–Помню…– выдыхаю в губы…

Когда он рядом, когда вот так меня держит, весь мир летит к чертям… Я невольно подаюсь к нему навстречу, потому что уже возбуждена, уже хочу его опять…

Он видит это и тихо, еле слышно, чертыхается… Он тоже возбужден.

– Малютка… Моя Бэлла…

Я облизываю его ухо.

–У меня между бедер кожа воспаленная… Твоя щетина зацарапала…

Он усмехается, вспоминая о том, что опять было вчера ночью. Что делал со мной его наглый язык…

–Что я могу поделать, если ты такая вкусная…

Мы смеемся… Его искренний, счастливый смех, который сменился серьезным, сосредоточенным лицом, стоило ему только снова войти в меня, будет еще долго звенеть у меня в ушах, мерещиться… Сниться по ночам…

Я собрала немного его вещей, которые были, но оставила пару футболок с пятнами, которые обещала вывести сама, так как в химчистке могут испортить.

Проводила Алана, поцеловав в губы. Сказала, что умру в ожидании, на что он так искренне улыбнулся… Закрыла дверь и пошла рисовать. Эти дни я, конечно же, не выходила к Роберту на кофе.

Помню, как позвонили в дверь… Хорошо помню. Потому что с того самого момента все было, словно в замедленной съемке…

Я посмотрела в дверной глазок и увидела Давида. Открыла сразу, не подумав. Выглядел он очень плохо. Сине-желтый, заплывший глаз, разбитая, воспаленная губа.

–Что случилось?-спросила я ошарашенно.

Он прошел внутрь, не дожидаясь приглашения и н здороваясь, я сразу учуяла исходящий от него запах алкоголя.

–Здесь все воняет им,– сказал он, принюхиваясь, как собака и оглядываясь по сторонам.

Повернулся ко мне и оскалился… Стало страшно, не по себе…

–С тобой все в порядке, Дав?-спросила я озабоченно. Здесь и сейчас привычно спокойный, молчаливый Давид производил совсем иное впечатление.

–Все ли со мной в порядке? Ни хрена со мной не в порядке, Бэлла!-резко ответил он, внезапно наступая.