Агония Хана

Предложи мне что-то интересное, и я подумаю, как тебе помочь.

– Я отдам тебе одну из своих шахт. И тогда ты станешь производить золото сам.

Несколько секунд размышлений, и он щелкает пальцами и направляет указательный на Хана.

– Нет…ты отдашь мне все свои шахты. И тогда я тебе помогу. Хочу забрать все золото Дугур-Намаевых…и посмотреть в глаза Скорпиону, когда он останется ни с чем, высокомерный старый ублюдок!

– Я согласен! Забирай шахты!

– В чем подвох?"

"Одул опешил от такого быстрого согласия.

Он явно собирался пободаться. И теперь смотрел на Хана в недоумении и удивлении. Что такое, сука, не ожидал? Да! Он сам от себя не ожидал. Он сам никогда не мог предположить, что в одну секунду все золото мира перестанет иметь значение. Перестанет даже иметь значение солнце и воздух. Но деньги – это тлен. Он знал им цену и так же знал, как выжить без них… а еще прекрасно знал, что если не найдет свою лебедь, то перегрызет себе вены!

– Ни в чем. Ты хочешь шахты, я хочу свою женщину живой.

Некогда торговаться. Время идёт. Если с ней что-то случится, шахты ты точно не увидишь!

Одул погладил бороду, расправил ее и прищурился. Кажется, у него в глазах и в голове щёлкали значки долларовых купюр. Он уже продавал золото, он уже алчно сжимал его своими грязными лапами и не мог сдержать подрагивающей хищной улыбки.

– Вы – хитрое отродье, Намаевы! Мне нужны гарантии! Вашего слова недостаточно! Вы лжецы!

– Судишь по себе, медведь? Каких ты хочешь гарантий? Вези нотариуса, я тебе все отпишу! Или тебе ключи от шахты на блюдце принести?

– Не борзей, Хан! Мой человек подготовит бумаги, и все подпишешь! Не сомневайся, ты меня не сможешь обмануть! Я вас всех насквозь вижу!

– Ты вначале докажи, что толк от тебя будет! Кто такие эти люди, и на кого работают? Кухарка и ее сын! Откуда они вылезли? Из-под какого камня в моем доме появились эти змеи?

Хитрая старая сволочь и не думала торопиться говорить.

Он жрал виноград, сплевывал косточки и надменно рассматривал свои ногти. Гребаный сукин сын нарочно испытывал терпение и тянул время. Будь это иная ситуация, Хан бы оторвал ему уши и скормил прямо за этим столом. Руки так и чесались рвануть за жирные розовые мочки и затолкать в алчную пасть шакала.

– Они работают на Албасту… твою старую знакомую! Помнишь такую? Или у тебя память слишком отшибло после смерти твоих жены и дочери?

Если бы сейчас разверзлась бездна, Хан бы и в половину так не обезумел.