13 несчастий Геракла

– Да, – кивнул Макс, – Валерий великолепно знал, что Анна дома одна, приехал днем, нашел на подушке письмо, прочел его и, увидав последнюю строку, обрадовался – дело-то еще проще, чем он рассчитывал.

Он собирался убить Анну и взять себе сто тысяч. И, видя, какая чертовщина творится в доме, решил свалить дело на «Глафиру». Если Анну найдут в кабинете мертвой после смерти Кати и покушения на Риту, все решат, что это дело рук того же «привидения»."

"Но сейчас ему представился случай превратить убийство в самоубийство.

– Дорогая, – говорит он, – верни деньги в стол, на место. Я принесу в кабинет кофе, и… начнем жизнь сначала. Я люблю тебя.

И Анна опять верит мужу, ей очень хочется быть счастливой. Он сделал вид, что пошел варить кофе. Она идет в кабинет, достает из пакета деньги, садится за стол и…

– Получает смертельный удар в шею, – заканчивает Нора. – Ну кто бы мог подумать, что Валерий способен на такое! Крыса в нарукавниках!

– Крыса – опасное животное, – сказал Макс, – хитрое, расчетливое, злое, и никакие нарукавники не сделают ее белой и пушистой.

Потом Валерий хладнокровно положил на стол последнюю страничку письма Анны, забрал деньги и уехал. Он был абсолютно уверен в своей безнаказанности: милиция должна зафиксировать самоубийство, налицо предсмертная записка, а главное, все двери закрыты изнутри на крючки!

– И как он это проделал? – изумился я.

Макс снисходительно посмотрел на меня.

– Старый как мир фокус. Крючок поднимается, аккуратно устанавливается в таком положении, а потом с силой захлопывается дверь. От удара крючок падает, правда, он не всегда попадает в гнездо, но после трех-четырех попыток, как правило, все устраивается. Был только один промах. Желая окончательно всех запутать, Валерий решил намалевать пятно. В мастерской он взял тюбик, но не тот, что надо. Уже нанеся краску, Валерий увидел, что она синяя, но времени на переделку нет, вот-вот могут вернуться домашние, и он уехал, оставив синее пятно.

Нора повернула ко мне голову:

– Я же велела тебе расспросить секьюрити.

– Он ответил, что у Кузьминских никого не было, – удивленно ответил я. – Зачем он мне соврал?

– Какой вопрос ты ему задал? – хмыкнул Макс.