Звёздный камень

Но ты заслужил».

«Да, – он вновь проговорил мамины слова, а потом сказал: – Я лучше пойду, но я еще не решил. Мне нужно подумать».

«Думай, – ответила Софи. – Ты знаешь, где меня найти».

– Вообще-то, вас здесь не будет, если мистер Сенсен решит вернуться домой в ближайшие дни, – предостерег мистер Форкл, как только она завершила мысленный разговор. – Именно поэтому я просил вас сосредоточиться. Сегодня утром я получил свиток – у вашей матери он тоже должен быть. Там сказано, что охрана Люменарии прибудет за мной сегодня в пять вечера.

Глава 75

Охрана прибыла к дому Сандора ровно в пять вечера, и Софи вздохнула с облегчением, заметив знакомое лицо – Правшу, гоблинку, которая сопровождала ее во время визита в Люменарию. Оказывается, Правшу назначили личной телохранительницей Софи на время переговоров, а вторая гоблинка должна была охранять Эдалин.

Сандор прочитал им длинный список правил и инструкций – а заодно поугрожал насилием и расчленением, если что-то пойдет не так.

– Нас хорошо подготовили, – заверила новая телохранительница Эдалин.

Софи решила звать ее Балериной – прозвище подходило кичке на ее голове и грациозным движениям, с которыми она пересекла комнату и передала им черные туники, штаны, туфли, похожие на шлепанцы, и перчатки.

– Простая одежда нужна для проверки безопасности, – пояснила Правша.

– Наши комнаты будут рядом? – уточнила Эдалин.

– Вас поселят в двойных апартаментах, – ответила ей Балерина.

К сожалению, это были единственные хорошие новости. Все остальное оказалось так себе, начиная с того, что Софи запретили взять Эллу. Украшения, за исключением регистрационных медальонов, тоже не допускались, поэтому Софи пришлось оставить когнатские кольца, тревожную кнопку и «Удар исподтишка».

– Берегите себя, – прошептал Грейди, душа в объятиях жену и дочь. – Будем надеяться, что переговоры быстро закончатся.

– А сколько длились самые долгие? – спросила Софи и тут же об этом пожалела, потому что Эдалин ответила:

– Чуть больше трех месяцев.

Ее слова вертелись в голове Софи, пока ее обыскивали перед воротами Люменарии, – а когда рассказали правила пребывания в замке, стало еще страшнее.