Звёздный камень

Этого хватит, чтобы ты атаковала его инфликцией, пока он не обжег Кифа?»

Должно было хватить – но только если она собиралась атаковать всех разом.

«Киф слишком близко к Бранту, – предупредила она. – Они все пострадают».

«Ну, выбора у нас нет, согласись?»

Она глянула на пламя под носом Кифа, на сочащиеся волдыри на его ладони.

«Передай Тэму, что я готова!» – бросила она, вытаскивая из глубины души все эмоции до последней и разжигая их потоком темных мыслей, накопившихся за всю жизнь.

Брант отдернулся, его пламя погасло, и Софи поняла намек, выпуская из души ледяные волны, разрывающие все вокруг своими зазубренными краями.

Мгновения растянулись в бесконечности, и реальность исчезла под напором чистейшей пульсации силы – и ярости.

Бесконечной.

Ярости.

Софи хотелось окунуться в нее, утонуть в ней, позволить гневу взять контроль, пока она не накажет всех, кто причинил ей боль. Но она держалась за единственную хорошую мысль – даже за клочок мысли, привязывающий ее к той, кем она должна была быть.

«Киф»."

"Его имя откинуло черную пелену и впустило обжигающий, ослепляющий поток. Она рухнула на колени, нащупывая дрожащие руки на холодном полу. Киф нашелся, когда зрение прояснилось, и Софи притянула его к себе на колени.

«Если ты меня слышишь, Киф, постарайся прорваться сквозь тьму, – передала она. – Боль не настоящая. Оттолкни ее и всплывай на поверхность».

– Тэм сломал силовое поле, – произнес Фитц за ее спиной, заставляя вздрогнуть. – И он тушит пламя Бранта. Камни сырые, так что загорелся только плащ.

– Поищи, чем можно связать «Незримых». Когда боль пройдет…

– Понял, – ответил Фитц.

Он отошел – а затем вернулся обратно.

– Не вини себя, Софи. Ты спасла его. Как он и сказал, иногда, чтобы улучшить ситуацию, ее нужно усугубить.

Она сосредоточилась на более счастливой мысли.

– Все почти кончено.

Кончено ведь, да?

Они добились невероятного.

За один вечер схватили Алвара, Руя и Бранта – три важнейшие фигуры «Незримых». А еще они знали, как пользоваться символом, и могли попасть в шестнадцать убежищ.

И с ними был Киф.

Софи вытянула шею, наблюдая за Тэмом и Фитцем, – они вытряхивали дрожащих Незримых из плащей, рвали ткань на веревки, а потом связывали их по рукам и ногам, заодно закрывая глаза и рты.

– Надо отсюда выбираться, – сказал Тэм. – Их приятели могут заметить задержку. А эти проснутся с минуты на минуту.

Фитц врезал брату по лицу.

– Не проснутся.

– Я не о нем беспокоюсь, – заметил Тэм.