Звёздный камень

Было бы странно, если бы «Черный лебедь» знал обо всех ужасах, которые скоро произойдут, но ничего не предпринял, – сказал Фитц.

– И то, что поменялась часть плана, не значит, что изменилось все, – добавила Биана. – У тебя до сих пор остались твои способности. И у тебя есть мы. Мы справимся!

– Ну да, – согласилась Софи. – Просто жалко, что мы вообще не понимаем, что «Незримые» собираются делать и что такое инициатива «Путеводная звезда». Вот зачем твоему брату говорить о «подопытных» и о «критериях»? Такое ощущение, что они проводили какой-то эксперимент.

Декс судорожно вздохнул.

– Так, прозвучит безумно, но послушайте. А вдруг «Путеводная звезда» – это попытка воссоздать проект «Лунный жаворонок»?

– Не совсем понимаю, о чем ты, – нахмурилась Биана.

– А я понимаю, – произнес Фитц. – Прошу, только не говори, что ты действительно считаешь, что они пытаются сделать еще одну Софи.

– А почему нет? – спросил Декс. – Они давно знали о ее существовании. По-твоему, они не попытались бы что-нибудь предпринять?

– Так они попытались, – возразил Фитц.

– Может, и так, – кивнул Декс. – Но они могли делать все это и вместе с тем пытаться ее воссоздать.

– Может, хватит говорить обо мне так, будто я чудовище Франкенштейна? – проворчала Софи.

– Это кто-то из мира людей? – спросила Биана.

– Ага, большой страшный мужик с болтами в шее, которого собрали из мертвых людей, – буркнул Фитц. – Помню, видел его изображения, когда был в Запретных городах.

– И из книги, – буркнула Софи.

– Прости, – смутился Декс. – Я не это имел в виду. Но… это бы объясняло, о каких «подопытных» говорил Алвар. И я слышал, что при работе с ДНК и генетикой используют «критерии»."

"Софи так крепко сжала Эллу, что весь наполнитель собрался у той в голове.

– Эй, – Биана похлопала Софи по плечу. – Даже если он прав, это никак не влияет ни на тебя, ни на Кифа.

– Я сомневаюсь, что он прав, – добавил Фитц.

Широко улыбаясь, Фитц поглядел на Софи, но она слишком паниковала, чтобы улыбнуться в ответ.

– Но у него фотографическая память, – напомнила Биана, отчего стало только хуже. – И эмпатия у него сильнее, чем у остальных.