Золотой ключик для Насти

Я закусила губу, чтобы не завизжать от счастья. Чёрт! Я ему небезразлична! Я ему нравлюсь!!! Да за такую новость я готова расцеловать всех окрестных жаб и архиепископа Ремвида в придачу!

– Здесь подождёшь, – буркнул сотник, заталкивая меня в один из шатров.

– А как же…

– Что?

– Я думала мы сразу к Рогору…

– Вот баба! – зло сплюнул воин. – Мало опозорила? Теперь ещё на военный совет заявиться хочешь? Чтобы он при всём командовании на твою красоту посмотрел?

– Ой, я ведь не знала…

– Не знала она, – передразнил сотник.

Я послала сотнику самую искреннюю улыбку.

Да, я буду сидеть тише воды, ниже травы и… молиться, чтобы этот дурацкий совет кончился как можно быстрее. Вот только…

– А можно ещё один вопрос?

Воин замер и воздел глаза к небу. Наверно, решил возблагодарить богов за ниспосланное ему счастье.

– Ну?

– Креатин, ма… мальчишка, который путешествовал с нами, жив?

– Жив, – выдавил сотник.

Я вовремя сообразила: если хочу дожить до встречи с Рогором и Креатином, прыгать, хлопать в ладоши и вопить – нельзя! И всё‑таки, когда полог шатра закрылся, не удержалась: подпрыгнула и тихонечко пропищала:

– Yes!!!

Хозяин шатра страдал нездоровым аскетизмом – здесь не было ничего, кроме двух напольных светильников и широкой деревянной лавки, прикрытой волчьей шкурой. Я сиротливо уселась на краешек и уставилась в огонь.

"Светильники были коваными – глубокие чаши на длинных, витых ножках, загнанных прямо в землю. В чашах, судя по запаху, расплавленный жир. На кончиках погруженных в него фитилей, задорно плясали огоньки. Вместе с огоньками плясали тени, они казались зловещими. Я и не заметила, как начала мандражировать…

Вот придёт Рогор, скажет: «Здравствуй, Настя». А я? Что скажу я? «Привет, Рогор?». И что дальше? Чёрт! Что бы ни сказала – наверняка буду выглядеть дурой!

Мама дорогая, ну почему всё так сложно? Не любит – плохо, любит – ещё хуже!

Стоп! А с чего я взяла, что Рогор меня любит?

Чёрт! Может ногти погрызть? Может полегчает?

Я попыталась дышать ровно и глубоко, прикрыла глаза, пытаясь вспомнить то волшебное слово для медитации.

Давешний сотник вернулся в компании пары воинов.