Злодейский путь!..

Стоило ей закончить, как Муан почувствовал, что больше не ощущает его присутствие так отчетливо.

- Что ты сделала?! – накинулся он на сестру.

- Не беспокойся, брат, я всего лишь нарушила ваши узы с помощью веревки мертвеца. Теперь, во всяком случае, тебе не будет невыносимо больно, если вдруг он умрет.

- Что? – Муан устало потер виски. – Что ты такое несешь?

- Я целый день провела в семейном архиве! Кое-что подобное случалось в прошлом с нашей прапрабабкой. Она описала этот способ в своих заметках.

- Хочешь сказать, что эти веревочки способны помочь?

- Это не просто веревочки. Это была столетняя веревка мертвеца. Она сама по себе обладает огромной отрицательной энергией, плюс я провела отрицающий обряд. Это ведь сработало? Как чувствуешь? – Эра поднесла ладонь к Шену, но Муан перехватил ее руку.

- Остановись. Я уже чувствую, что это сработало.

Он посмотрел на хмурящегося во сне хозяина Проклятого пика.

- Он не проснется?

- Благовоние все еще дымится, - указала Эра.

- И как же мы объясним эти веревки? И если он просто снимет это сомнительное украшение?

- Не сможет, - победоносно усмехнулась Эра. – Я их запечатала на твоей крови. Только ты сможешь их снять.

- А они никак ему не навредят? – обеспокоился Муан.

- Ну… - задумалась Эра. – Учитывая их отрицательную энергетику… Может, неудачу накличут…

Муан тут же собрался снять одну из веревок.

- Сестра, больше не вмешивайся в мои дела.

- А ну замри! – разозлилась та. – Не смей их снимать!

- И что? Ему всю жизнь так ходить?

- А что? Это его проблемы! Это лучше, чем умереть. Потому что, если ты не примешь этот вариант, я его просто убью. Лучше сделать это прямо сейчас, пока ваша связь не стала сильнее.

Муан пораженно уставился на Эру. Да, она могла быть жесткой, но, чтобы настолько кровожадной…

- Я поклялась защищать тебя! – решительно произнесла она.

Муану ничего не оставалось, как оставить все, как есть.

Стыдно признавать, но решение Эры его в какой-то степени успокоило.

Теперь, когда временный выход был найден, он более трезво смог взглянуть на вещи. И признать, что вел себя не самым приглядным образом. А все дело было в том, что его переполняла злость на Шена. И то, что тот был ни в чем не виноват, ничуть его чувств не умаляло, даже наоборот.