Злодейский путь!..

Почему учитель Шен дал ему их? И зачем вообще за ним вернулся? Неужели он на самом деле не хотел, чтобы Ал здесь умер? Еще раз прокручивая в уме все действия учителя, сейчас Ал готов был признать, что это предположение походило на правду. Но Шен все равно продолжал быть настолько пугающим, что он предпочел убежать в лес, чем оставаться рядом с ним! Слишком много боли ему причинил этот страшный человек! Ала начинало трясти, как только Шен оказывался рядом.

Неподалеку завыли волки. «Странно, что только сейчас, - отрешенно подумал мальчик.

Конечно же ему было невдомек, что для главных героев законы логики не писаны, а удача выкручена на максимум.

Поэтому волки и Шен появились на поляне одновременно. Бросив на Ала взгляд и побледнев, Шен одним взмахом зачехленного в ножны меча отшвырнул всех волков прочь и бросился к мальчику. Заскулив, лунные волки – довольно устрашающие монстры Тропы тигра – уползли восвояси.

Шен же стал белее снега, осматривая раненного мальчишку.

«Какого черта?! Подобного не было в новелле! Не говорите мне, что своими действиями я сделал только хуже!»

Но так и было."

"«Но ведь он – главный герой! Он не может сейчас умереть, так?!»

Система ничего не ответила. Не помня себя от паники, Шен стал делать единственное, что сейчас умел – не щадя живота своего делиться с мальчишкой своей жизненной энергией.

Ал отрешенно наблюдал, как волчий вой сменился жалобным поскуливанием, а рядом с ним опустился на колени учитель Шен.

Сейчас, перед смертью, Ал совсем не чувствовал страха к этому человеку. Он смог взглянуть на него спокойными глазами, посмотреть в это невероятно-великолепное лицо, бледное и утонченное, словно вырезанное из нефрита, заглянуть в эти горящие яростным черным пламенем со странными золотыми искорками глаза. Ал был словно гадкий утенок рядом с прекрасным божественным лебедем: нескладный, чумазый, не особенно радующий глаз и такой слабый!

Он смотрел в лицо учителя, проходили мгновения, он думал о том, что для смерти это довольно неплохо: боль прошла, он чувствовал только спокойствие и безмятежность.