Злодейка чужого мира (СИ)

Победила загнанная на подкорку привычка дать миру так мало информации о себе, как это только возможно.

— Рассказывайте, — незнакомым самой себе нейтральным тоном приказала она.

Приказала. Не попросила.

Это было странно, как если бы у неё в голове сидел электронный пульт управления, переключая лобные доли и стимулируя гипофиз. Наверное, так чувствует себя марионетка, насаженная на леску кукольника.

Сказала и едва успела отшатнуться.

— Рассказывайте? — заорал номер Два, мгновенно растерявший большую часть своей дивной красоты.

К нему бросился номер Шесть, похожий на крупную сельскую няньку, смешащую к капризному ребёнку. Тип, представившийся слугой, сидел, как король, вяло медитируя в потолок. Только коса его, как живая, переливалась радужным светом от вечернего солнца, глядящего в маленькое окно.

— В самом деле, мастер, — протянул он. — Мы пришли в Чернотайю за образцами, где естественный срок от трёх до семи дней, а ныне в разгаре второй месяц нашего пребывания в условиях магически изменённого мира.

— Магического измененного мира, — тупо повторила Ясмин.

Ее ум оказался не в силах переварить эту информацию. Она действительно в другом мире?

Но как?

Она не ела странных грибов, не принимала антидепрессанты и не переходила дорогу на красный свет. Ее определённо не переехал грузовик, как обычно случается в мангах.

Последнюю мысль она поймала за хвост и мимолётно удивилась.

Но это же невозможно! Совершенно естественно, что одна ассоциация приводит к другой, рождая руническое мышление. Если она помнит хотя бы одну прочитанную книгу, она должна помнить, при каких условиях ее читала, где купила, что почувствовала.

— Ты, Миночка, ты, родненькая, пойми правильно, — увещевал номер Шесть. — Мы сутками бродим по чёрным лесам, а едва подходит срок, ты бросаешься на Белое дерево.

Что «ведь» узнать не удалось, поскольку номер Два кричал громче.

Из краткой выжимки его припадка выходило, что и в его голове информации не особенно много. Зато претензий на пять криминальных дел.

Впрочем, она — другая она расстроила его свадьбу. Она могла понять.

Но оставлять ситуацию неразрешенной было просто-напросто опасно.