Злодейка чужого мира (СИ)

Дождь стих, пробилось свежее утреннее солнце, от хмурой и мутной зарницы не осталось и следа. Земля исходила мягким паром, отогревая озябшее тело, зияя нагой темнотой, светлая зелень, бегущая из-под ног, чадила мягким светом, многократно отражаясь в бесконечных зеркальцах росы.

Растения, которым Ясмин не знала названия вставали, перед ней причудливыми чудовищами из старых сказок

— Чаровница, — сказала она."

"Слово выпрыгнуло из памяти прямо на язык. Нежное полупрозрачное растение в семь метров высотой, любезно изогнутое, словно желающее, чтобы его восхищенно погладили по длинному телу.

Из недостатков — зверский аппетит. Чаровница сжирала собственных фанатов за считанные секунды, выкачивая лимфу, кровь и тканевую жидкость.

К счастью, при свете дня она была беспомощна и медлительна, как старуха, больная подагрой. Бедная, еле скрючивалась, в попытке поймать добычу, и после отваливалась, не в силах долго хранить форму.

Их гнездо, свитое Слугой, покоилось на недосягаемой высоте в расселине горы, имеющей слабый голубоватый отблеск.

«Руда», — отстранённо подумала Ясмин.

Немыслимый объём ресурсов, освоить которые невозможно. Можно лишь крадучись входить в этой мир, отрезанный от цивилизации законом биологического превосходства.

— Хорошо бы споймать один из образцов, пока солнце-то играет, — сказал номер Шесть.

— Смиллы часто прячутся от дневного света в корнях вигийского дуба, — согласился Слуга. — Но смиллы нам не нужны. Лаборатория и сама культивирует их третий год.

Вместе с номером Шесть они смотрелись почти комично. Быковатый, крупный, с шерстяными завитками темно-русых волос, сбегавших по колоннообразной шее до границы походного платья, номер Шесть и Слуга — втрое тоньше, бледный и изящный, рождавший в голове слабое сходство с фантазиями о принце Датском.

Ее собственное платье отливало приятным оттенком «электрик», но чуть глуше, чуть тише по яркости, чем оригинал. Простой крой, простые линии, трапеция, воссозданная в шелке немыслимого цвета и схваченная чёрным корсетом. Короткая стойка ворота, закрывающая ключицы. Ясмин любовалась им с минуты пробуждения, но теперь оно было на ней и не было возможности оценить его со стороны.