Жертвы осени

Он работал в то время заместителем директора «Прибормаша», но фактически руководил предприятием – директор был тяжело болен. А завод этот выпускал какие-то уникальные приборы, что-то, связанное с космической отраслью, я точно не помню…

– И вы думаете, что кто-то хотел при помощи сына повлиять на отца?

– А вы так не думаете? Как минимум – замазать, репутацию угробить. Сын – серийный убийца! – Любовь Андреевна покачала головой: – Нет, Василиса, Леня сел не за то, что кого-то убил, а совсем по другой причине, но разбираться в этом никто не захотел, потому что дело было громкое.

– Вы… ждете его? – снова чувствуя себя максимально неделикатной, спросила Василиса, но ей почему-то очень важно было услышать ответ на свой вопрос.

Матросова долго молчала, задумчиво глядя в окно, за которым пошел дождь, обещанный синоптиками еще с утра.

– Я не думаю, что он когда-то освободится. И даже если вдруг… очень сомневаюсь, что Леня вернется сюда, в город, где все так трагически для него закончилось. Я бы точно не вернулась. Так что, наверное, уже не жду… Я ответила на все ваши вопросы? – Она бросила взгляд на часы. – У меня сейчас пациент…

– Да, спасибо большое! – Васёна смахнула в сумку ежедневник и карандаш и встала.

Неожиданно Матросова улыбнулась:

– Что вы! Воспоминания о Лене – возможно, самое приятные воспоминания, что у меня есть. Удачи вам, Василиса.

– Спасибо! – еще раз поблагодарила Васёна, направляясь к двери. – До свидания!

Из здания поликлиники она вышла со смешанными чувствами. Наверняка Любовь Андреевна Матросова не могла быть до конца объективной в своей оценке Вознесенского и его поступков, но она натолкнула Васёну на другую мысль: а что, если Леонид и правда был тоже всего лишь жертвой? И что, если в этом деле действительно мог фигурировать чей-то интерес к заводу «Прибормаш»?"

"«Надо еще в эту сторону поискать, вдруг тут-то и всплывет неуловимый Антон Тиханевич?» – подумала она, открывая зонт и направляясь к остановке трамвая.

Город Вольск, наши дни

В библиотеке Еву не узнали.