Замена объекта

Если ты думаешь, что я буду сплетничать про Борьку, то ты грубо ошиблась.

- Ну ладно, извини, - быстро отыграла назад Катерина. - А про группу можно спрашивать?

- Нельзя, - отрезал я, опуская вниз руку с зажатым в пальцах кусочком сыра. У моих ног сидели Айсор и младшая из девчонок - Карма, которые за сыр готовы продаться с потрохами. Остальные коты к сыру равнодушны и, убедившись, что ничего интересного за завтраком к столу не подают, съели свои порции паштета и удалились. Айсор, как всегда, успел первым, ухватил ломтик и утащил в угол.

Карма жалобно муркнула и посмотрела на меня с упреком. Я воровато оглянулся на шустрого подкидыша и тут же сунул ей кусочек потолще. - Про группу спрашивай у Бориса, он продюсер, ему и решать, какую информацию давать и как. Если я скажу про «Рыцарей» хоть слово, которое пойдет вразрез с его концепцией, он меня убьет.

- Хорошо, - покладисто согласилась она. - Тогда поговорим о тебе.

- Это можно, - великодушно разрешил я.

- У тебя в одной из комнат стоит рояль, вечером ты идешь на премьеру в оперный театр, и при этом ты работаешь участковым.

Это как?

- А как? - я прикинулся идиотом. - По-моему, нормально.

- У тебя есть музыкальное образование?

- Среднее, в объеме музыкальной школы-семилетки.

- А высшее?

- Высшего нет.

- Что, совсем никакого? - удивилась Катя.

- Я имею в виду, что я консерваторию не заканчивал. А так - юридическое.

- Но почему? Мальчик из такой семьи, папа певец, мама концертмейстер, музыкальную школу окончил и пошел в милиционеры… Да еще в участковые.

Должна же быть причина.

Да уж кто бы спорил. Причина быть должна. И она была. Но опять же долго рассказывать. Неохота, да и силы надо поберечь.

- Кать, это дело интимное, очень личное, а мы с тобой еще и суток не знакомы. Я тебе как-нибудь потом расскажу, ладно?

- Конечно, если это «потом» вообще будет, - рассудительно заметила она. - Спасибо за завтрак, Игорек, мне пора.

Я с удовольствием смотрел на нее, пока девушка одевалась в прихожей. Стройная, невысокая, с коротко стриженными темными волосами и веселыми глазами, она казалась совсем юной и напоминала сбежавшего с уроков мальчишку-восьмиклассника.

Вместе с тем я знал, что в тележурналистике она не один день, я много раз видел ее репортажи о всяческих событиях из культурной жизни.

Не успел я закрыть за ней дверь, как позвонила мама.

- Егорушка, я этого не переживу, - простонала она. - Я всю ночь не спала. Это какой-то кошмар!"

"Описание кошмара заняло около тридцати минут.