Заберу твою жену

Моим людям пришлось попотеть, чтобы найти тебя и освободить. По деньгам это тоже встало в «копейку».

- Спасибо. Я компенсирую все расходы.

- Ну что ты?! Мы теперь компаньоны, - благородно отмахивается Мансуров. – Должны помогать друг другу в любом дерьме.

- Благодарность не бывает лишней.

- Отблагодаришь, как поправишься! – Миша хлопает меня по ноге. – А пока лежи, отдыхай. Скоро приедет врач. Вместе с моей талантливой женушкой он быстро поставит тебя на ноги.

- От меня одни неудобства.

Чувствую себя жеманной барышней, которую пытаются раскрутить на секс, а она не знает, когда уже можно снять трусы.

- Ты еще скажи, что стесняешься, - смеётся Миша. – Здесь десять комнат на три души. Какие неудобства?

- Я нынче так себе гость.

- Ты мой гость! - Мансуров косится в зеркало. Не удивлюсь, если за ним находится одна из камер. – Оставайся! За неделю избавишься от синяков, срастишь ребра. А потом мы с тобой обсудим наши дела.

- Неделя?

Примерно такой срок я и ожидал. За семь дней этот ублюдок проверит остальных моих работников, замнет дело с больницей и подготовит для меня предложение, от которого невозможно отказаться.

Идеально для него и очень удачно для меня.

- Насильно не держу. Как очухаешься, так и свободен, - подойдя к двери, хмыкает Мансуров.

- По рукам. Я пока не беглец. К тому же... – Киваю на входящую в спальню Катю. - У тебя такой хороший уход, что грех от него отказываться, - скармливаю этому ублюдку тот намек, на который он надеется.

- Мне для дорогого гостя ничего не жалко.

Словно шлюху, он хлопает жену по ягодицам и, сияя белоснежными винирами, сваливает из комнаты.

Глава 34

Глава 34

Катя

Меня колотит.

Зуб на зуб не попадает.

Ноги ватные, а в голове каша.

Еще две недели назад я, как дурочка, радовалась, встретив Глеба-Германа на презентации. Чуть в обморок не рухнула от счастья. А теперь...

Он больше не лжет, не пытается убедить меня в безумии, а я не знаю, что делать с правдой.

До проклятой сделки осталось меньше месяца.

В этой схеме либо пан, либо пропал. На одной стороне весов отец и прокуратура, на другой – Мансуров и его крыша.

Никакой третьей силы! Никаких воскресших покойников с туманными целями и обещанием забрать нас с сыном.