Второй шанс. Его дочь

– Может, мы пока с Анечкой посидим, Юль? – долетает до раненного осознания неуверенный женский голос. – Мы даже погулять можем немного. А вы…

Хочется поскорее убежать. О маме и думать не могу. Она подстроила эту встречу?! Как она могла? Хоть бы предупредила! Я была бы готова! И, возможно, не блеяла бы как овца, а хоть что-то путное могла бы сказать папе!

– Нет, – удивительно, но возразить маме выходит довольно твёрдо. – Малышка с нами сейчас поедет. А вы… мы…

Отец с силой втягивает воздух.

– А в другой день, Юля? – раздаётся неожиданный вопрос. Папа настороженно уточняет: – Мы можем погулять с ней в другой день?

Перед глазами все плывет. Улыбаюсь через силу: мне кажется, я сплю.

– Конечно. Почему нет.

Глава 33

Хочется нырнуть под одеяло и свернуться в комочек. Но я смиренно сижу на переднем сидении в машине Адама и пытаюсь держать себя в руках. И получается, кстати. Спасибо мужчине, он меня не трогает, лишних вопросов не задаёт.

Сказать, что на душе мрак – это будет пустым словом.

А я была настолько шокирована встречей и его реакцией, что просто… у меня ну просто нет слов. Слёзы и сейчас наворачиваются.

Хорошо, доченька не стала слишком упорствовать с вопросом «почему мама плачет».

Анюта притихла, и я очень ей за это благодарна. При всем желании не смогу полноценно принять участие даже в самом легком разговоре.

– А куда мы едем? – доносится с заднего сидения грустный детский голос.

– Мы сейчас немного прокатимся, возьмём молочный коктейль и ещё какую-нибудь вкусняшку.

– Ура! Молочный коктейль!

Адам молчаливо косится в мою сторону, но его вопрос адресован не мне.

– Ну? Тебе коктейль, а маме что выберем?

– А маме нравится каша, – воодушевленно замечает наша кроха.

Я округляю глаза и возмущённо оборачиваюсь на дочь.

– Мама всегда говорит, что каша – это очень вкусно! – сверкает глазищами. – Да, мам?!

– Да, солнышко… – вздыхая, отворачиваюсь, а в поле моего зрения попадает усмехающийся Адам.

– Вам гречку или овсяночку? – бросает насмешливый взгляд в мою сторону. Наш спутник откровенно ржет… вот жеж!

– Прибью тебя сейчас, – шепчу в ответ очень добродушно, с улыбкой. И искренне добавляю также мягко, – и овсяночку кое-куда намажу.

– Все-все, я заткнулся, – он вроде даже пытается улыбку сдержать.

Ага, как же. Вон сидит, зубы скалит, весело ему.