Не верь мне

Его пальцы просто касаются волос у корней, и он поглаживает меня, пытаясь сделать так, чтобы расслабилась.

-Можно и в стороне, только это не несёт успокоения. Ни-как-ко-го. Потому что пустота внутри, она никуда не девается, не с людьми, не в их отсутствие.

-Как ты с этим справляешься?

-Я к вам приехал.

Фыркаю. И он тут же поправляется, правда, с некоторой долей веселья в голосе.

-Ладно, не к вам, а к Аньке. Но вышло несколько больше, чем я ожидал.

И мне вдруг тоже делается смешно. Наверное, это нервное.

-Серёж, ты же понимаешь, что нам нельзя больше рисковать.

-Понимаю. Я поэтому на развод и согласился…

Невольно напрягаюсь, даже голову вверх к нему поднимаю, хотя всё равно ни черта не видно же. На улице давно раннее утро, но плотно задёрнутые шторы позволяют длить эту ночь.

-Что?! – притворно удивляется он. – Ты же опять врать начала… про таблетку эту несчастную.

Закашлилась.

-Ты понял? – севшим голосом переспросила я.

-Ну да, когда-то же надо начинать ложь твою различать. Только не понял зачем…

-У тебя в голосе тогда такая надежда была…

-Поэтому ты решила её прибить? Оставь надежду всяк входящий.

Морщусь.

-Не делай из меня совсем уж монстра. Думаешь, это так легко, отказывать тебе? Когда ты вот так смотришь? Когда Анька всё время ходит и чего-то ждёт? Чувствовать себя тем, кто всё рушит.

-Ну да… Мотивы же как всегда благородные. Ай! – наигранно восклицает Серёжка, после того, как его щипаю.

-А ты издевайся, издевайся… Ещё и в лоб получишь. Если такой знаток, то придумай, что нам делать, если…

Закончить фразу не получается, но он и так всё понимает.

-Что делать, если быть вместе нельзя? – он отрывает свою руку от моей голову, и скребёт по своей щетине на подбородке, звук выходит на удивление громким. – Тебе перестать отталкивать меня.

-Я не…

-Отталкиваешь. Даже если и не выгоняешь напрямую.

-Нет, ты не понял. Я не хочу тебя отталкивать. Само как-то выходит, ты когда совсем рядом, меня будто бы бомбить начинает.

- И тут мы выходим ко второй части нашего плана. Мне, видимо, нужно действительно оставить надежды. И как ты там говоришь? Не смотреть.

-Так не смотреть…

-Хорошо, потом объяснишь как, - отшучивается он, и от этого становится чуть теплее. Если он ещё может шутить, а я смеяться, значит, мы ещё не в конец мертвы.

-И остаётся…

-Дружить. Слово-то какое дурацкое.

Ирония – дело хорошее, но в меру.