В очереди за счастьем (СИ)

Однако оно невыполнимо. Вернулись дети, которые вчера гостили у бабушки и дедушки, родителей Макара."

"Это подтверждают два велосипеда, брошенных у открытого гаража. А еще разбросанные мячи, ракетки и тому подобная мелочь. Видимо, кроме моих, у нас во дворе резвились еще и соседские.

Из дома выходит Егор, машет мне рукой, пока я паркую машину. Выдыхаю. За собственными переживаниями я забыла, что наше уравнение с Макаром состоит не только из нас. И правда больно ударит по каждому. Пока для нее не время. Алевтина Ильинична пообещала посодействовать — выяснить, чем конкретно владеет мой супруг.

Детям рассказывать ничего не буду. Егору нужно поступить спокойно в вуз, без всяких волнений по поводу взбесившихся родителей. А подготовка к разводу займет какое-то время. Несколько месяцев. Что же касается того, что я буду врать Макару, то я не испытываю никаких угрызений совести. Он сам всё это начал.

Выхожу из машины.

— Привет! — слетает с моих губ. Они сами собой расползаются в улыбке.

Мой идеальный мужчина тоже улыбается в ответ.

— Привет! Устала?

Как же он всегда хорошо меня чувствовал! И всегда старался помочь. С самого детства. Мне есть за что быть благодарной Макару — за наших прекрасных детей.

— Я сам все уберу, — сын кивает на кавардак во дворе.

Не удерживаюсь, целую его в щеку.

— Мой зайчик!

— А ты тогда зайчиха, — отзывается Егор. И мы вместе хохочем.

— Мам, приготовь только что-нибудь.

— Эх, ты, растущий организм. Спагетти болоньезе подойдет? — наверное, это нормально, что он любит покушать. Учитывая, что в нем метр девяносто роста и восемьдесят пять килограмм мышечной массы.

— Шикарно, — соглашается он.

Все еще с улыбкой захожу в дом.

— Отдай, зараза! Сонька, какая ты гадость! — кричит где-то в глубине дома Арсений.

— Плакса! — дразнит его она, пользуясь тем, что никого нет.

Направляюсь туда, откуда идут крики.

Мировая война на этот раз разгорелась из-за того, что Соня забрала линейку Сени.

— Мама! — встречают меня два голоса в унисон.

До того, как они начинают жаловаться друг на друга, говорю.

— Соня, нельзя обижать тех, кто младше и слабее. Арс, а тебе что, линейки для сестры жалко?

— Это она виновата! — не отступает младший сын.

— Да ты сам! — София тоже никогда не сдается.

Потом прекращает ругаться и шагает ко мне.

— Мам, я так соскучилась. Сильно-сильно, — лезет целоваться.